?

Log in

Лаура [entries|archive|friends|userinfo]
laura_shpulkina

[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

(без темы) [фев. 9, 2017|04:53 pm]
laura_shpulkina
Декабрь. Сгущается тьма перед Новым Годом. Тухлая селёдочка. Новый дом. Шапки оземь.
Музыка: Челентано
Книга: Алексей Моторов «Медбрат Паровозов. Часть 2я»
Духи: Те же

Ровно два дня, как сами категорически и сознательно отказались от памперсов по ночам. Какая экономия для семейного бюджета!
Дети сочиняют.
Аврелия:
Пришёл маленький щенок,
Чтоб пописать на горшок.
*
Не плачь и не ной,
Будет новый выходной.
*
Артём:
Ода к макаронам
Макароны, макароны!
Жизнь не кончится моя!
*
Василиса:
Моря рождают рыб и крабов,
А небеса – людей.
Пройдут недели листопадов
И возвестит свирель,
Что под снегами лесу снится
Мечтами греющий апрель
И снова всё переродится….
*
Петя стихами не интересуется.
*
Прогуляла сегодня родительское собрание. Честно написала Юленьке, Васиной классной, что не имея вопросов к педагогам, хотела бы пойти в баню. Она ответила, что у них тем более нет ко мне вопросов. Ещё бы! Моя звезда участвует во всех мыслимых олимпиадах, и четвёрка у ней только по ОБЖ.

Какие красивые женщины в бане. Абсолютно все. И жирненькие, и старушки. Кожа розовая. Всё в дымке. Сфумато. Никаких морщин и бородавок. Лёжа ничего не отвисает. Покойные блаженные лица. Татуировки только всё портят. Как грязные пятна. Даже самый красивый рисунок меня не убеждает. Удивительно, что это кому-то нравится. Хотя для разнообразия должен же кто-то любить свиной хрящик.

Вчера Альперовичи пережидали у нас пробки. Я их люблю и наготовила от сердца. Сделала «Оливье» с кальмарами. Последнюю свою салатную любовь: сёмга, шпинат, грейпфрут, мягкий сыр, кедровые орехи и божественный соус с мёдом. Достала из запасов мамину маринованную красную капусту и маринованные белые. Мама прислала рыбу под маринадом. Папа нажарил огромное блюдо своей фирменной цветной капусты в кляре. Такой вкусной, что Алик извинялся, мялся, но так и слопал почти в одно рыльце всю, что была. Я обожаю гостей с хорошим аппетитом.

Алик тает от маленьких детей. А Петя с Алелей такие ласковые. Лезут к нему на колени, обнимают и целуют его в бороду.

- Ну, Аврюша, расскажи, что ты умеешь делать?
- Я умею бегать, смеяться, танцевать и целоваться, - с лукавой мордой пропело дитя.
- Боже мой! – завопил Алик, - Пожалуйста, только не учите её больше ничему!. Она умеет всё, что нужно для женщины.
- Оля!
Ну роди мне Соломончика! Ну, пожалуйста!
- Ни за что! - Твёрдо сказала Оли. – Жизнь слишком хороша, чтобы улучшать её Соломончиками!

****
Последние две недели перед НГ обычно жизнь закручивается мёртвую петлю. Пробки адские, недоделанные дела и не полученные посылки. Подарки и встречи для передачи подарков. Разбор ящиков и выбрасывание хлама, закупки и доставка.
Каждый раз я пытаюсь не упасть в эту воронку. Но, конечно же, падаю.

30-е число я мечтаю томно провести в кафе с телефоном в руках и книжкой. Медленно и лениво попивая шампанское, я звоню своим близким и говорю им хорошие слова. Иногда почитываю пару страниц детектива. Вот это я понимаю! А вместо этого я драю подъезд после ремонта на 4-м этаже и еду в магаз, полный бешеных людей с тележками-убийцами. А также узнаю всё про правильные сковородки, которые мне всё-таки привозят 31-го числа.
Я загасила все 40 пунктов своего списка финальных старогодних дел. Это принесло мне мрачное удовлетворение. Я купила два сногсшибательных одеяла из пуха верблюда. Слава тебе, Авито! Там столько всего нового и хорошего за полцены. Две пуховые подушки, ручки для кухонных ящиков, лыжный костюм для Арто, охотничьи лыжи для Васиной экспедиции, золотые угги, толстое полосатое полотенце, брутальное зеркало из обожжённой сосны, платье цвета мяты с букетами цветов. (Уже по традиции оно пришло ровно за день до события. 30-го я получила извещение с почты. Из Питера оно шло ровно 3 недели!) Не забуду про сковородки, синюю и розовую кастрюли, мельхиоровый половник, а так же набор советских столовых приборов с неземными вензелями на ручках. Бог есть! Потому что мне хотя бы не пришлось тащиться на Дмитровскую за селёдкой для шубы. Только там она точно будет жирная и малосольная. Это сделал папа. Зато Дже дотянул до смертельных дней, и 29-го мы отправились в Икею. Даже самоубийцы этого не делают. Как нас не затоптали – непонятно. И постигло нас то, что обычно постигает вех посетителей этого чудо-магазина. Всех и всегда. Того, за чем ехали не было на складе, и мы решили прикупить кое-что по мелочи : салфеточек, крючков, задвижечек... На кассе мы с изумлением выпучились на сумму в 15 000 рублей...

Видишь, никаких подарков в списке! Потому что к декабрю всё уже куплено и забыто, что и для кого. Подарки я обычно начинаю подкупать в сентябре. А бывало, что и летом. Помню в Турции в июне папе кашемировый шарф на распродаже оторвала.. Когда дома никого, всё вываливается из укромных углов на пол и раскладывается по кучкам. Подарков десятки! Только нашей семье предназначается около 30. Да-да! Некоторым по два, а то и по три. Упаковка! Я, кажется, сейчас зарыдаю. Год назад я клеила и резала до пяти утра 31-го. Но мне крупно повезло! К пяти из театра пришла Василиса с подружкой Тоней.
- О! Тоня! – возликовала я, игнорируя дочь. – Садитесь ужинать, и вот это всё вам потом надо запаковать. Обожаю припахать Тоню к домашним делам. Она очень серьёзная и обстоятельная. С косой.

****
То, что дом закончен к новогодней ночи – целиком заслуга Дже. Даже не так. То, что дом в принципе построен – это всё он. Я ни при чём. Я вообще как-то сразу невзлюбила этот проект переезда из центра. Но пока четырёхкомнатные апартаменты на Якиманке нам не под силу. А Петя и Алеля скоро вырастут из складных кроваток. И что? И куда? И я решила полюбить новый дом. И начала его украшать подушками и сковородками. Покупаю я, к неодобрению моей мамы, всё первоклассное. Она считает, что можно попроще - побыстрее бы дело пошло. Но я улыбаюсь, киваю, ценю советы и потихоньку меняю временное на постоянное. Я убрала с кроватей мамино лучшее дачное бельё. ( В театре это бы назвали: «из подбора». То есть всё из разных комплектов). Мама не разговаривала со мной целую субботу. Я сначала возмутилась: Это мой дом! Что хочу, то и стелю. Но потом очнулась. Конечно, надо по-другому.
Мамочка, любимая, давай не будем ссориться из-за мелочей. Я сто лет назад купила это бельё. Смотри! Оно очень красивое и дорогое. Три года всё это ждало своего часа. Представляешь! Я просто забывала привезти. Столько суеты перед праздниками. А вот вчера наконец-то привезла. Помоги мне! Тебе нравится? Скажи, красота?!

Поездка в Икею была не последним ужасом старого года. В тот же день мы вывозили свои вещи от Ирины Петровны. Дома никого не было, кроме огромного белого шара, по имени Мишка. Мишка – самоед с прекрасной улыбчивой мордой и тупой башкой. Мы стащили все вещи на первый этаж, и Дже понёс запихивать в багажник стулья.

- Дже! А ты видел Артошкины красные сапоги? – высунулась я в дверь!

Тут, сбив меня с ног, в дверь вылетел Мишка и гигантскими прыжками заскакал по сугробам. Улыбка во всю рожу! И в этот момент я вижу почти языческое зрелище. Мой цивилизованный муж испускает яростный вопль, сдирает с себя шапку, кидает оземь и начинает жестоко топтать её ногами. «Чёрт! Чёрт!», - несутся какие-то страшные проклятия. Я так испугалась, что захлопнула дверь. И спросила себя, не сошёл ли кто с ума! Видела ли я то, что видела? В полном обалдении осторожно приоткрываю щёлочку. Вдруг в меня сейчас лопата полетит.

- Зачем? Зачем? – орёт Дже. – Что ты наделала! - Клянусь, он взывал к небу и потрясал кулаками. Как на картинах старых мастеров.

Я ничего не понимаю. Что я такого сделала? Какие мои грехи вдруг явились ему? Про что он подумал? Я мигом кручу ролик жизни. Где? Когда я могла обидеть или оскорбить его? Или его родственников? Маму? Папу? Кого? Ничего не растрачивала. Не обманывала. Честно растила детей. Да, покупала платья и колечки. Но это не стоит топтания шапок. Господи! ЧТО Я НАТВОРИЛА?

- Зачем? Зачем? – стонет он. – Зачем ты открыла эту чёртову дверь? Эта белая тварь убежала! Я ЧЕТЫРЕ часа ловил её в прошлый раз!!!!!!!

******

Уже стемнело. Заканчивается тёплый зимний день. Мурлычет радио. До дома ещё пилить и пилить. В машине уютно. На коленях у меня чемодан. На голове пристроились лыжи. Мы абсолютно счастливы.

- Всё-таки, не зря я женился на тебе, Пыша! – самодовольно промяукал Дже.


В мыле и пене целый час мы бегали за этим чудовищем. Он оказался вовсе не глуп. Позволял нам приманить его. Погладить. Но только рука хваталась за ошейник, он как огромный заяц делал прыжок назад и исчезал в поле среди сугробов. Он так радовался свободе, белому чистому снегу. Воля….Воля…

- Я бы послала всех к чёрту и уехала, - сказала я. – Нечего заводить огромных северных собак и неделями держать их взаперти.

- Проклятье! А вдруг он попадёт под машину. Это чучело! Этот тупоумный идиот! Эта безмозглая скотина! Ооо! И ещё моя мама! Эта безголовая, безответственная женщина! Она видите ли на проекте. И приедет только ночью! Нам тут сидеть до утра! А у меня клиенты в истерике, кухня монтируется в тауне и мои парни ждут меня на производстве. Пи….! А ты! Кто просил тебя открывать дверь? На черта тебе сдались эти дурацкие сапоги.! Сидела же наверху. Нет, попёрлась вниз!

- Подожди! Идея! У них же должна быть колбаса! Они вполне выглядят как люди, которые едят колбасу. Сейчас поробуем….

Через секунду Дже вернулся с копчёной колбаской. За 15 минут и за палку колбасы мы схватили и повязали Мишку. Мне на секунду стало как-то стыдно. Самый страшный круг ада - обманувшие доверившихся…

****
Я мечтаю о красивом зеркале в тяжёлой деревянной раме. Повешу его в прихожей моего нового дома. Чтобы все заходили и качались от восторга. Все свободные минутки тыкаю в свою белую мышь. Ищу зеркало мечты. Нашла! Но что-то дёшево. Переспрашиваю: «Точно дерево?» «Дерево-дерево!» - заверяет меня дяденька. Привозят. Дже ковырнул ногтем: «Это МДФ, малышка!».

- Но как же так!

- А для нас МДФ – это дерево, - на чистом сливочном масле заявляет мне продавец.

Я давлюсь от возмущения. Да чтоб вы всю жизнь жевали крабовые палочки! Да чтоб ваша жена вечно носила фианиты! Да чтоб у неё шуба была из чебурашки! Ещё и денег собираются вернуть меньше. Якобы доставка была сильно дороже, чем они мне объявили. Жулики, в общем! Я даже заплакала. Сажусь в машину. Что это за адская вонь? Боже в небе! Это же я вчера забыла выбросить мусор. А там селёдка протухшая. В хозяйстве завалялась. Кто не знает, как пахнет тухлая селёдка – не знает горя! В голове зреет план. Слёзы высохли. Тухленькая селёдочка – это так кстати. Сдавать зеркало пришлось ехать к чёрту на рога. Предновогодние дни. Пробки. Но настроение просто отличное. Я приволакиваю зеркало в магазин, туго набитый красивыми на первый взгляд вещами. Но всё это, конечно же, из МДФ, полиэстера и мэйд ин Чайна. Смотрю на дядьку-продавца взглядом холодильника. Молча забираю деньги. В тот момент, когда он поднимает зеркало и тащит его вглубь, засовываю пакет с селёдочным мусором в щель между комодом и гигантской клеткой. - Приятного дня. - улыбаюсь я на выходе тётеньке за кассой! -
С наступающим!
СсылкаОставить комментарий

Поздняя осень. Пожар и Потоп. Привет, Элизабет. Айвазовский. Секта. Укладчица номер пять. [дек. 15, 2016|08:27 pm]
laura_shpulkina
Глубокая Осень. Пожар и Потоп. Айвазовский. Привет, Элизабет. Секта. Укладчица номер пять.

Музыка: Птички какие-то. Another Fine Day – Nature Boy
Книга: Улицкая «Лестница Якова», Бруштейн «Позови меня в даль светлую…»
Духи: Те же

- Да что ж это такое. Встать утром невозможно! Холодильник адский. Кто опять вырубил батареи? Хотя понятно кто! Ты мамонт? Или мороженая треска?

- Да у вас здесь просто жара. Дже, зайди в мою комнату, - вступает Василиса.
Дже открывает дверь и сразу захлопывает:
- Всё. Там уже живых нет. Одни пингвины.

- Между прочим Элизабет Хёрли сказала, что для сохранения молодости главное пить много воды и спать в холоде, - внушительно говорю я. – А доктор Комаровский говорит, что жить надо при 18 градусах.

- Кто эта жуткая баба? И её, и доктора Комаровского заодно - всех на кол!

- А я не мёрзну. И буду молодым! – дожевал кашу Артём.

Теперь Дже приветствует Васю по утрам: Привет, Элизабет!»

А Наташа, наша новая учительница по английскому, приносит к нам шерстяные носки и барашковую тужурку. Мёрзнет. Говорит, что мы как англичане.

****
- Алё! О, папсик! Привет! У нас всё очень хорошо. Только машинка стиральная горит.
- Хорош трепаться! Звони пожарным.
- Па, я перезвоню..
- Я уже три раза набрала 01. Абонент не доступен!
- Девять–один-один надо звонить, куропатка!

Дже весь в клочкастой нежной пыли (искал штепсель под кухней) льёт вёдрами воду прямо в мотор. Дым валит. Сквозь дырочки сбоку я вижу оранжевое пламя. Ну, надо же! Горит! И вода нипочём.
К нам притопали три весёлых пожарных. Три человека-горы. Каждая нога – как колонна Большого театра. В руках ломы и огнетушители. Снесли по дороге мои цветы в подъезде. Весело принялись отрывать от машинки шланг с водой. Вспомнили, что надо бы отключить воду. Пока Дже лазил под ванной, шланг всё-таки оторвали. Из него по красивой дуге помчалась вода. Залили весь дом. Сообразили открыть окно и выставить шланг наружу. На окне стояло антикварное блюдо из толстой керамики, привезённое из Мексики. Снесли, и оно лежало на полу безжалостными осколками. Блюдо, кстати, последнее. Два перед этим померли при невыясненных обстоятельствах: блюдо разбито, но никто не признаётся. Пожарные бодро стащили нашу старушку во двор, затушили огонь и укатили с мигалкой. И, видимо, с песенями. Я до вечера драила квартиру, лестницу в подъезде и сажала заново цветы.

Вечером на Москву обрушился ливень. Так бывает - в ноябре тропический дождь. И тут, для гармонии, у нас случился потоп. Прорвало крышу на балконе. А я как раз сижу вышиваю бисером принца на лошадке и думаю: «Как прекрасно сидеть в тёплом доме, когда за окном шумит дождь». Мм! Как-то он очень громко шумит… Поворачиваю голову, а там … весенние ручьи.. И опять небывалая удача - Дже оказался дома. Невозможно даже представить, что бы было, если бы все эти катастрофы случились в наше отсутствие. Ведь я обычно включаю стирку и - шасть по делам. А Дже дома нет всегда! Или, например, дождь начался бы ночью. Погибли бы все наши запасы клюквы. Но страшное везение напало на нас и не отпускало. Дже выдрал доски из крыши и накрепко заделал дыру чем-то неведомым.

- Олечка, радость моя, - пропела Ирина Михайловна в трубку, - как удачно вы вышли замуж.

*
Мы поделили неделю. Я вожу новых детей в сад все дни, кроме среды и пятницы. А Дже возит старых в школу. Потом меняемся. Опаздываем и в сад, и в школу. Я ругаюсь страшно. Но если учесть, что за всю жизнь сама я пришла вовремя считанные разы, то что же ждать от ягнят божьих. Тем более старые обязаны убрать кровати, сделать зарядку, позавтракать и почистить зубы. А новые просыпаются голодные как овчарки, и их приходится кормить. Я варю кашу, штампую бутеры, погоняю томную Василису и приговариваю для Артошки: «Летит-летит птичка, летит-летит синичка, крылышками машет, хвостиком пасёт». Без этого стишка Артём совершенно отказывается делать упражнения для мышц спины…
В сад идём с песней. Выбор очень скуп. Либо «А ну-ка песню нам пропой весёлый ветер…», либо «Вместе весело шагать» либо «У солдата выходной – пуговицы в ряд..».
- Идёт солдат по го«л»оду! – горланит Петя. Аврелия вопит ещё громче. У неё голосок как у трубы - Будет петь в Ла Скала. Я тоже не стесняюсь. Разве что чуть-чуть. А вокруг толпы родителей и детей, спешащих во французскую школу напротив. И так каждый день.

*

В среду я хожу на завтрак Академии. Уже скоро год как. Не пропускаю почти. Манюня говорит, что мне в общем-то учиться не нужно. Я и так каким-то непостижимым образом всё знаю от рождения. Но это не совсем так. Я немного знаю, кое-чему научила мама, кое о чём догадывалась, но в чудесную и простую систему всё выстраивается только здесь.
Дже называет нас сектантками. И хихикает, что живёт от среды до среды. Якобы в среду я звоню ему, мурлыча: «Моё божество, что ты хочешь на ужин». В четверг и пятницу я такая же лапонька. Но уже к субботе атмосфера густеет. Муж мне ничем угодить не может. Понедельник живём в сухости, я обращаюсь к мужу: «Эй, ты, поди сюда». А во вторник вообще жестянка! Он уходит без поцелуя, ужина нет, а я лишь свирепо интересуюсь, когда же, наконец, будут деньги!
Враньё всё, конечно!
Вот одна из тем:
Есть четыре главных состояния: девочка, любовница, королева и хозяйка. Эти состояния живут в каждой женщине. В Девочке мы легки, веселы, способны на безусловную любовь. Это вода. В Любовнице мы смелы, полны желаний, творчества и энергии. Это огонь. В Королеве мы знаем, что такое свобода, способны быть над схваткой, провидеть и вдохновлять. И это воздух. В Хозяйке – мы расчётливы, очень внимательны и способны сберегать и приумножать. Земля.
В гармоничной женщине развиты все четыре состояния. И она знает, на каких жизненных поворотах использовать это или то. Но от рождения в нас проявлено одно или два. Я рождена Девочкой-Королевой. Любовницы во мне ещё – туда-сюда, а вот Хозяйки – совсем малость. Даже странно. Уж я-то со своим педантизмом и страстью к чистоте! Но Хозяйка это про другое - про личные границы, про твёрдость в понятии «моё», про мудрость, умение терпеть и доводить задуманное до конца.
У Василисы каникулы. Она вчера пошла со мной на завтрак. Не поленилась – встала в полседьмого утра.
- Мама! Как же это интересно! Какие у вас приятные и симпатичные девушки. Можно я теперь с тобой буду ходить?
- Вместо школы?
- Ну да! Историю и испанский всего лишь прогуляю…
- Тебе так понравилось?
- Понравилось. Но, - Василиса мнётся, - не совсем бескорыстно. Всё-таки шикарно позавтракать в кафе и не пойти на уроки – это очень заманчиво…

Я бы ввела предмет «психология отношений» в старших классах… Но потом передумала. Если девочки будут приносить домой изречения типа: «Ты мужчина, ты главный, ты прав». Или заявлять своей маме: «Папа не виноват. Он – твоё отражение», то недолго музыка проиграет…

*
В Москве очередной лом. Прошлой зимой все толпились на Серове. Мы с Белкой стояли полчаса на морозе. Сейчас новый герой – Айвазовский! Очередей теперь нет, все билеты только через инет. И их там тоже нет. Вот такие стишки. За две тыщи смутные личности ведут через служебный вход. Привет тебе, о, Советский Союз!
Хорошо, что наша соседка с четвёртого этажа работает в Третьяковке. Она-то и пустила нас по своим книжечкам и провела экскурсию. Коротенечко - на полтора часика.

Айвазовский – это чудо! Любимчик Боженьки. (Не то же ли самое я говорила про Рафаэля). Его удачливость невероятна. Сын рыночного торговца. Самородок. Моцарт. Рисовал углём на белоснежных хатах Феодосии. Его застукал не кто-нибудь – сам градоначальник. Изумился таланту мальчишки и ввёл к себе в семью. Когда пришло время, на свои деньги отправил его в Академию Художеств. К 30-ти годам Айвазовский был уже мэтром. Очень богатым и очень знаменитым. Главным художником военно-морского штаба Российской Империи. На его юбилей к нему в родной город прибыла вся Черноморская эскадра и салютовала с моря. Во всех царских дворцах весели его пейзажи. Турецкий султан лично вызвал его, чтобы брать уроки. Не было такой награды в России, которой бы его не удостоили. В том числе и потомственным дворянством. (Разве что - георгиевским крестом. Потому что им награждали только солдат-рядовых.) Он много путешествовал. Даже в Америку. Был несчастливо, а позже счастливо женат. Имел кучу детей.. Писал картины с космической скоростью. В среднем – одну каждые три дня. Без конца занимался благотворительностью: солдатские вдовы, больницы, студенты… Построил на свои деньги в Феодосии госпиталь, армянский храм, школу искусств и порт! Которого в городе до него не было совсем! Был очень благодарным и добрым. Облагодетельствовал всех, кто когда-либо был к нему внимателен. Даже Наталье Николаевне досталось. Просто за то, что Пушкин хорошо отозвался о его работах. При том что образованная публика его ругала ( и Достоевский в том числе): дескать пишет себе одно и тоже! А он только улыбался: «Зато я могу исправить те ошибки, которые я совершил, а никто не заметил». Колоссальная гармония. Я бы точно начала страдать, что всё другое не дано.
Был бодр и здоров до конца своих почти девяноста лет. И умер на руках у молодой жены в окружении детей и внуков.
Ну, молодец!

*
Василиса бегает за мной в восторге от двигателя внутреннего сгорания.
- Мама! Это гениально! Ты знаешь, как он работает?
- Конечно, нет. Никогда не понимала, как это машины – ездят, а самолёты - летают.
- Давай я тебе объясню!
- Не-не-не.
- Это очень просто! Смотри!
- Не хочу!
- Вот схемка! – я скрываюсь в ванной.
Она просовывает мне учебник в щель.
- Вот сюда льют бензин. А это коленный вал…
Я сдаюсь и покорно слушаю этот ужас.

*
Укладывать детей по вечерам – это испытание близкое к военным действиям.
Искупались. (Долго и с пеной. Иначе – скандал). Переоделись. Навозились в родительской кровати. Возится приходит и Артём. И иногда Василиса. Пыль осела. Всё! По кроватям.
- Нет, мамочка. Мы хотим ещё с тобой полежать. Немножко. – Аврелия показывает щепотку. – вот столечко.
Лежат. Розовые душистые коты.
- Сказку!
- Хорошо! Я расскажу ОДНУ сказку! Аврелия, повтори, сколько сказок я расскажу?
- Две, - она выставляет два своих коротеньких пальчика и очень серьёзно машет длинными ресницами, - Только две. И всё! Про Снегурочку и про то, как Бабушка Заблудилась и Пете про Красную шапочку. Это две.
- Это три, - давлюсь я от смеха от такой наглости.
- И больше – всё!
Я быстро соглашаюсь. Если упираюсь, то орут в два горла. И всё кончается всё равно тремя.
Рассказываю. Гашу свет.
- Ой, мама! Какать, - объявляет Петя.
Включаем свет, какаем, вытираем попу, моем горшок. Я помираю, как хочу спать.
Легли, свет погасили.
- Мама, пить!
Стараюсь не чертыхаться. Наливаю Аврелии в кружечку. Заношу ногу в кровать – Петя блеет:
- И мне тоже!
Наливаю в ту же кружку.
- Это не моя клужечка, - мерзко ноет Петя, - я хочу свою!. Проклиная весь педантизм на свете, возвращаюсь на кухню и наливаю ему в его кружку.
- Вот, ты, Петька!
– Я не Пееетька, я Петя!
- Петя, ты Петя, - покоряюсь я, уже падая с копыт от желания заснуть.
Но я не успеваю донести голову до подушки.
- Мамочка, я тоже хочу покакать, - очень нежно шепчет Аврелия
- Ааааааа!
Какаем. Трём попу. Снова выливаю и мою горшок. Ложимся. Тишина. Я начинаю видеть первый сон.
- Мама! А можно я не буду спать, а просто полежу.
- Лежи - бормочу я.
- Ой, мамочка, я потелял малыша! – голосит Петя.
- Он в кроватке. Не плачь. Поищи получше!
- Его нееееет!!!!
- Есть!
- Нет!
- Есть!
- ААААААА!!!!!
Я подскакиваю в страшной ярости. Мгновенно нахожу пупса и сую его Пете в нос
- Подавись.
- Аааааааа!
Тут же стыжусь. Хватаю мальчишку. Целую его в мокрое лицо, тонкое ушко, глажу круглую голову.
- Прости. Я очень устала. Я не хотела тебя пугать.
- Я тоже испугалааааась, - начинает рыдать Аврелия, - Ребёнков нельзя пугать!

Кладу хлюпающего Петю, беру девчонку. Прижимаю, качаю, шепчу нежности: ты моя травинка, ты моя тростинка, моя акулка, моя мордочка…
Через минуту слышу ровное сопение. Смотрю на часы: ровно два часа с того момента, как вышли из ванной. Только теперь у меня ни в одном глазу. Я вешаю оранжевое одеяло на светильник и достаю книжку…
СсылкаОставить комментарий

Осень. Петя ругается матом. Рафаэль. [ноя. 5, 2016|04:27 pm]
laura_shpulkina
Осень. Петя ругается матом. Рафаэль.

21 сентября-27 октября 2016
Музыка: Паганини
Духи: То же
Книга: Алексей Моторов «Юные годы медбрата Паровозова»
Холодно. 8 градусов. Дождик.

Вскочила утром. Наварила кашу с тыквой. Накрасила ногти бирюзовым лаком. В честь ушедшего лета. Летом выпендривалась: все цвета лака кроме френча и алого – вульгарно. А теперь вот тоскую. Леночка сшила мне платье цвета белого песка с золотой искрой. Короткие рукава, круглый вырез, расклешённое, по колено, кружева. И пальтишко из итальянской рогожки цвета рогожки. Бирюзовые ногти к такой бледности – то, что нужно!

На завтраке рассказывают, что все люди способны делать шедевры. Предлагается вспомнить свой последний шедевр.
Что мне думать! Самое значительное моё достижение – это Василиса в сегодняшней редакции. Моя любовь, мой единомышленник, мой ближайший друг.

Василиса и Соня на перемене.

Соня в джинсах и майке с ошеломительным принтом. Василиса в очёчках, клетчатом голубом платье и с двумя хвостами.

Соня: Прикинь, мне папа обещал седьмой айфон.
Василиса: А зачем он тебе? Твой же неплох.
Соня самокритично: Для понтов, конечно.
Василиса: Я тут читала социологическое исследование про подростков. Несколько лет назад популярность определялась марками одежды, а теперь крутостью гаджетов.
Соня: Ха! Да и сейчас есть отстойные марки. Вон у Кристинки - Нью бэланс. А я свои выкинула. Потому что все крутые носят Рибок. Поэтому я такая популярная.
Василиса: В каком смысле, популярная?
Соня важно: Меня все в школе знают. Эй, ты! Поди сюда!
Тормозит запыхавшийся шестиклассник.
Соня: Ты меня знаешь?
Мальчишка: Неа. А вот её – знаю. – и уносится в недра перемены.
Немая сцена.

****

Прихожу домой! Обалдеть! Дже дома. А всего 9 вечера.

- Наш сын Пётр ругается матом! – вместо «здравствуй, дорогая» скорбно произносит он.
Тут мне полагается выпучить глаза и уронить сумки с продуктами. Но на меня столбняк напал и язык примёрз. Но глаза всё-таки выпучила.
- Воспитательница сказала, что Петя говорит слово: «сука».
- Фууу, а я-то чуть не откинулась. Неудивительно. Ты же сам говоришь слово «сука».
- Я говорю слово «сука»?
- Непрерывно.
- Да вы сами тут видно материтесь, а на меня сваливаете!!!!!!

Два дня спустя. У нас в гостях Санчес и Женечка-девочка. (Жень в нашей семье, как собак нерезаных. Моя мама. Мой муж, он же Женя - мальчик. Ну и жена Санчеса. Она же – Женя девочка). Едим жульен с курицей по рецепту Кремлёвского дворца и печёную форель. Дже рассказывает:
- И вот этот на "Бехе" меня сначала режет, потом влезает перед маленькой машинкой, в которой какая-то мышь в очках сидит. Чуть не обкакалась там от страха. Второй день, наверное, за рулём.
- Ах, ты, сука, - думаю!- Ну, сейчас я тебя после светофора достану. Жаль я не на Вольво. Мой малышок-Ниссан совсем пукалка, но достану! И тут я наблюдаю мгновенную справедливость в действии. Ещё не успел загореться зелёный, этот уже рвёт и, как в замедленной съёмке, вписывается в Камаз!

- Кто-то сейчас сказал слово «сука», - говорю я.
- Я-ааа? Я ничего такого не говорил.
- Товарищи, дорогие, вы же слышали!
- В общем-то слышали, - улыбается Санчес.
- Да вы все одна семейка-шайка-лейка! Сговорились! Ничего я не говорил. Я вообще никогда не говорю слово «сука»!

**************************
У меня серебряные кроссовки и золотые туфли. Дождливая осень не устоит перед такой радостью.
Сегодня пошёл снег. Мокрый и многообещающий. Теперь до мая … Надо, наконец, уже галоши купить. Такие красивые есть - оранжевые. Их Яхтсмены должны были Дже подарить на прошлый ДР. Но как всегда не подарили. Такие они… Предсказуемые.

Из-за снега отменила все выходы из дома. Как хорошо! Плохая погода такая радость. Глядишь в окно на это безобразие и радуешься, что в руке кружка с жасминовым чаем, на ногах шерстяные носки с розами, а недалеко маячит книжка. Пришёл настройщик. Он высокий, худой и ушастый. Похож на персонаж из мультика. Смешно говорит. Улыбается – под глазами бегут весёлые морщинки. Работает очень долго – часа полтора. Потом садится и играет. Наше скромное пианино звучит как рояль в Карнеги-холле. Импровизирует на тему «арго». Ах! Мурашки во всех местах.

- Жаль, - говорит, что вы не олигархи. Вашему бы инструменту капремонт тыщ на 300 – была бы вещь!
Наше пианино досталось нам за 300 долларов по дикому случаю. Снаружи - надпись вензелями по-немецки. Внутри - золотые кленовые листья, бархат и медное сияние. Господи! Как мне не хватает музыки в жизни. Когда мне было шесть лет, я рисовала карандашом клавиши в альбоме, писала на них до, ре, ми. Брала у Ирки Белоусовой ноты и играла на них: «ва-си-лёк -ва-си-лёк – мой - лю-би-мый - цве-ток".
Сердце разрывается… Как мои родители не отдали меня в музыкальную школу – до сих пор неясно. Если б я увидела нарисованные клавиши у Артошки, к примеру, он бы уже завтра был на прослушивании. Другие времена, другое отношение к детям… Мы тогда только переехали. Алтуфьевское шоссе. Новостройки на краю огромного яблоневого сада. Помню ромашковые поля и арматуру, торчащую из земли тут и там. Музыкальная школа была далеко – на Декабристов. Мама и папа работали. Мама ездила в Шереметьево на шести автобусах. Возвращалась поздно. В общем - понятно.. К тому же маму в детстве заставляли ходить в музыкалку. Она сдала последний экзамен, закрыла крышку фортепьяно и больше ни-ког-да к нему не подходила. То же веская причина.

****
Няня в отпуске. Папа – в Астрахани, на Родине. Возвращается. С балыком, икрой и замороженными щуками. Приехал весёлый, стриженый седой ёжик. Я убежала встречаться с Андресиком. Папа – на хозяйстве.

- Мама, а где кость? – спрашивает Василиса
- Да, кстати, где? – спрашивает Артошка
- Какая кость?
- Вчера ты потушила индейку. Там кость была.
Выясняется, что папа её съел. От скромности. Детям мяско оставил. Забыл, что у нас в семье главный приз – это кость поглодать.

- Ладно. Зато вы из-за неё не передрались. Тоже радость.- говорю я двум вытянутым от разочарования мордам

С Андресито напились в лоскуты. Неожиданно. Дже три дня не может успокоится. Шлёт мне рекламу алкозельцера, всякие слова обидные: алкомать или алкобудни. Каждое утро спрашивает: «Что Алёшик, бухнёшь сегодня?»
Переживает…

****

Отучаем детей от ночных памперсов. Петя спит как солдат. Аврелия писается каждую ночь. При этом отрицает, что писается. Возмущается и даже иногда всплакнёт от обиды.
Тут сидит на горшке вечером, книжку читает. А я Дже рассказываю про свои нелёгкие ночи. (Дже тоже спит как солдат. В полной отключке. Ничего не слышит) Как Аврелия, описавшись, требует себе всё сухое. И я покорно подрываюсь среди сна и меняю ей бельё и пижаму…

- Потому что слишком много воды мне вечером льёте, - сварливо заявляет она с горшка.

Всё секут эти зверюги!

*****

Петя не выговаривает Р. Мило заменяет её на Л.
Его талант Петрушителя, замерший на какое-то время, вновь цветёт.

- Ничего стлашного, - тоненько убеждает Петя, сожрав весь пузырёк с аскорбинками. Съел, укрывшись под одеялом, пока я мыла посуду.

- Ой, мама! Почему так ацетоном пахнет! – выходит из комнаты Василиса. Начинаем метаться. Обнаруживаем Петю под столом. Он спёр мой белый лак и кисточкой размазывает его по паркету.
- Ничего стлашного! - вылез из-под стола лукавый глаз.

Чёрным жирным фломастером раскаляканы Женины документы. Выпотрошены из файликов.
- Ничего стлашного, - сияет Петя.

Я захотела стать блондинкой, и мне сожгли концы:
- Ничего стлашного! – говорю я задумчиво, глядя в зеркало на свою унылую причёску.

*****

Я иду на Рафаэля. В Москву привезли десять работ из Уффицци. Договорились с Яхтсменкой пойти после завтрака в Академии. Очередь делает три поворота. Куча времени поболтать. Мы только что прослушали лекцию о правильном питании. Но про него мне известно всё. И уж точно я не поверю, что можно питаться по группе крови. Ересь какая-то. Примерно, как гороскоп в журнале «Семь дней». Я рассказываю про вечеринку Альперовичей. Про специально заказанное в Питере платье под названием «Круиз», про жареных бычков, про танцы под Хава Нагила, фокусника и умопомрачительных девчонок из кавер-группы, про то, как мы с Дже накидались и неожиданно проснулись в гостях гостей. То есть в гостях не у Альперовичей, а у друзей Альперовичей, которых едва знаем.

Альперовичи весело живут. Вот лихо отметили 20 лет свадьбы. А сколько людей на свете с деньгами, но без всякой фантазии и вкуса к жизни. Никогда ничего не празднуют. Или тухло едят в ресторане.

В очереди, как и на выставке, одни тётеньки. Они тоже слушают, как выяснилось. Яхтсменка замёрзла и пошла просится в туалет. Звонит из музея: «Вообрази! Многодетным - без очереди! Зря целый час стояли. Иди со служебного входа!»
- Я отойду ненадолго, - на всякий случай говорю я даме в шляпе, стоящей за мной.
- Можете не волноваться! Я вас не забуду! – сказала она с каким-то, мне показалось, сарказмом. Интересно, это из-за того что я про пьянку рассказывала, или потому что у меня алое пальто и алая помада?

Алая помада – это магия. Прихожу в кафе к Зоммерке на встречу. Пробираюсь мимо столика, за которым два молодых человека обедают.
- Здравствуйте, - говорят они мне приветливо.
- Здравствуйте, - удивляюсь я. Обычно незнакомые люди меня не замечают. А вот с алой помадой – даже здороваются.

Десять картин – это какая-то малость. Я даже и не хотела тревожить себя походом в музей. Но как неожиданно открываются врата. Возрождение захватило меня. Как я могла жить и не знать, что Рафаэль – это Моцарт живописи. Ребёнок- гений. Что он был кроток и устремлён к Богу. И даже не по вере, а по помыслам. Что он ни с кем ни разу не поссорился. Это в те то времена, когда чуть что - все травили друг друга направо и налево. Что он был так велик в своём таланте и непрерывных трудах, что ему даже не завидовали. Что он стал немыслимо богат, но это ничего не изменило. Что жизнь не дала ему счастья в любви. Он полюбил дочку булочника. Она не могла быть ему ровней не по положению, ни по уму. Да ещё и изменяла, так что все знали. Но он всё равно любил её, никогда не женился, и умирая, отписал ей все свои богатства. А она тут же ушла в монастырь. Ему было 37 . Ей – за 20.
Какие же красивые и нежные у него мадонны. И какие жабы графини и прочие богатые тётки, которых он писал по заказу.

Sprezztura. Этого слова в русском нет. Лёгкая небрежность. Всё без усилий, будто бы играючи. Такова была его манера писать и жить. (При том, что Вазари писал, что трудился Рафаэль всю свою жизнь. Адски много трудился и учился.) Спустя века эту идею подхватят щёголи в Англии. В дендизме без спреццатуры ты – жалкий фантик. Как бы ни было всё продумано, какие бы тысячи не потрачены на запонки и пряжки, сколько бы часов ни укладывался последний волосок на усах, твой вид должен быть слегка всклокочен. Как будто бы ты родился такой: элегантно-небрежный, лёгкий и прекрасный, как бы незамечающий своё величие.

Труд должен быть незаметен!

Ах! Это же про меня! У меня тоже всё получается как бы само собой. Даже мама раздражается. А уж сколько народу считает, что я – бездельница и эгоистка!
Пришла домой, устроила Васе и Артошке просмотр картин Рафаэля. Рассказала им про спреццатуру и прочее. Надо их в Дрезден свозить. Поглядеть на то полотно, про которое Пушкин писал: «одной картины я хотел быть вечный зритель». У Пушкина не получилось… А мы - дом достроим и поедем!
СсылкаОставить комментарий

ЕДУ НА ВОДЫ [окт. 23, 2016|12:38 pm]
laura_shpulkina
Еду на воды
Пятница, конец июля 2016. Жара. Венгрия. Хевиз


Музыка: Невозможно красивая песня на неизвестном языке. Певица поёт на летней
эстраде. И ведь не разыскать её... Как не могу я найти ту музыку, которую по скудоумию стёрла с
родительской кассеты. Они привезли из Анголы. И нигде, никогда я больше её не слышала.

Духи: Gucci II

Книга: Ирина Левонтина «Русский язык со словарём»

Я поссорилась с Женей. Взяла и уехала на воды. В пятницу решила. Во вторник улетела. Не самое быстрое решение на свете.
Лечу бизнес-классом. Впервые.. Получилось совсем неожиданно. Наконец-то подвернулся случай использовать бонусы Аэрофлота. Кое-кто из моих друзей рассказывал, что в бизнес-классе стюардесса опускается перед тобой на корточки и ласково шепчет: «Как я могу к Вам обращаться?». – («Зови меня Мустангом, детка», - наверняка сказал мой друг Димка.) Всё враньё! Не успела я подпихнуть свой рюкзак под кресло, как мне любезно предложили: «Ольга, желаете шампанского?». От таких предложений, понятно, не отказываются…
Я непрестанно улыбаюсь. Роскошь – это приятно.. И сёмга, и осетрина, и ризотто с белыми грибами и какое-то вкуснейшее белое вино.. И простор вокруг и за бортом
В аэропорту я из любопытства заглянула в зал ожидания бизнес-класса. Удивилась. Вот на диване спит какая-то китайская студентка. Вот толстый папаша с толстой мамашей и зомби-дети, воткнутые в айпад. Вот ещё целая россыпь сморчков и хмырей. Никаких тебе дам в мехах и респектабельных джентльменов при костюме и парфюме. Странные пути у благосостояния. Вот моей маме дико пошла бы роскошь. Она знает толк в красоте и любит приёмы. Ей бы быть женой посла. Но Боженька всё делает правильно. Гордыня бы спалила её душу..
Меня встречает чудесная девушка Каталин. Она мне рада. Это же легко отличить: профессионализм от человечности. Оказывается, она – учитель музыки. А летом подрабатывает гидом. Родилась в Закарпатье в венгерской семье. Советский Союз перед войной оттяпал себе кусочек Венгрии. Блестяще говорит по-русски. Я изумлённо смотрю, как она заполняет за меня анкету, как поднимается со мной в номер: всё ли нравится. Берёт меня за ручку и ведёт по всему городку: вот здесь озеро, здесь сумочки, здесь перчатки, здесь колбаска, здесь прокат велосипедов. К нам то и дело подгребают туристы с взволнованными лицами: Катя, у моего сына температура, Катя, у меня плавки упали на крышу, Катя, я заперла ключ в номере. Каталин ко всем добра. Она выясняет, что температура пока только 37,2. А сыну – двадцать восемь. И без всякой иронии советует подождать до завтра. Возможно, акклиматизация. Звонит менеджеру, чтобы мальчик-портье слазил на крышу, а даме открыли её номер. АААА! Я бы немедленно всем этим людям дала по башке половником. Какое-то размягчение мозга! Каталина, душечка! Идите, подышите! Я всё сама сделаю. И деньги поменяю, и найду бассейн, и на крышу, если что, залезу… Каталин смеётся. И всё равно идёт, меняет со мной деньги, покупает сыр с прованскими травами, абонемент на лечебное озеро и заводит меня во все закоулки гостиницы. А напоследок вручает плавательный круг-колбаску. Пригодится!
Мне всё так нравится!
Австро-Венгерская империя никуда не делась. Венгрия ведь небогатая страна. А всё так красиво, чисто, респектабельно. Везде цветы, красная черепица, никаких заборов. Домики с пухлыми крышами и мансардами. Маленькие отели с арочными окнами и коваными балконами. Ретро – моя эстетика.
Я немедленно начинаю переживать, что всему этому скоро конец. Горько подсчитываю дни. Всего девять!
Засыпаю морской звездой на двуспальной кровати. Тоже роскошь. Через открытую дверь балкона втекает запах хвои и летней земли.

На следующий день

Беру велик и еду на Балатон. Пять километров по лесной дорожке. Всё лес, лес, болотца, улитки под колёсами – только успевай уворачиваться. И вдруг - Ап! И ты оказывешься на задворках большого Музея охоты. А через пять метров – барочный дворец графа Фештетича. Вот и центр города Кестхей. Выскакивает как чёртик из табакерки. Ну и название! Кестхей! Венгерский язык неподражаем. Два дня учила, как будет «добрый вечер». Плюнула.
Еду куда глаза глядят. Заблудилась. Какие-то окраины. Около пряничного домика пожилая дама в бигудях маленькими ножницами подстригает изгородь.
- Простите, мадам, как проехать к озеру? – по-английски, ни на что не надеясь, спрашиваю я.
- На Балатон? – переспрашивает она по-венгерски. И дальше объясняет очень подробно. А я почему-то всё понимаю.
Все пляжи на Балатоне платные. Жаба душит. Плачу 500 форинтов, то есть 120 рублей. У меня всего полтора часа. И зачем только я записалась на массаж!
Везде травка зеленеет, ни одного окурочка. Вода ужасно тёплая. Я люблю посвежее. И везде мелко. Но я всё же плыву, скребя пузом по дну. До буйков. И смеюсь. Как здорово! И тут же вспоминаю про кошелёк и свой красивый рюкзак в сиреневых розах. Мне даже показалось, что тот пузатый дед на скамейке, наверняка, злоумышленник. Леника мне рассказывала, как в студенчестве на пляже в Одессе у неё украли всё: и сумку, и туфли, и драгоценные джинсы, купленные за бешеные деньги на Привозе. Чемпионски быстро гребу обратно. Всё на месте – и дед, и рюкзак, и мой красный квадратный кошелёчек. Потрёпанный и милый. О ворах отныне забыто.
Чёртов массаж! Надо ехать обратно. Очень лихо, и очень прямо еду домой. В Хевиз. И дорога под горочку. Эх! Одну улитку всё-таки раздавила.
Лучше массажиста, чем моя Оля, нет. (У неё, правда, огромный недостаток: она – радио.) И вот я снова в этом убеждаюсь. Большой и улыбчивый Била слегка помял мне ножки. Сказал, что ясно видит, что у меня «проблем с желудок, глаза, геморрой и поясница». Спасибо большое.
Всё! Больше никаких процедур!
Меня взяла тоска. Тут два прекрасных земляных корта. И можно потренироваться. Но нигде же это не было написано. И тётенька в агентстве сказала: «Кортов там нет». Я не взяла даже кроссовки!
Надо купить кроссовки! Два дня я терзалась: купить самые дешёвые и потом выбросить или всё-таки - хорошие и дорогие. Но в маленьких лавочках теннисных кроссовок не оказалось вовсе. Купила самые дешёвые на свете в китайском магазине. Хм..Очень удобные. А вдруг они из радиоактивных материалов?

Я тут размышляла на тему: чтобы я делала, если бы у меня осталась только одна неделя жизни. Понятно, что я бы поехала со всей большой-большой семьёй и друзьями на море. Непрерывно ела бы в ресторанах, танцевала, купалась, читала, каталась бы с Дже в кабриолете. Я бы ни за что не делала ни зарядку, ни массаж, не занималась йогой, плюнула бы на кремы. Но обязательно бы играла в теннис!

Тренера по теннису я представляла как высокого темноволосого парня. Очень симпатичного. Прихожу ранним утром: на корте косматый седой старикан в горнолыжных очках, голый, в обтягивающих плавках со звёздами. Крепенький такой. Загорелый до угля. А потом подтянулся его дружбан. Пузатый и лысый. Слава Богу, одетый. Вот такая команда. Я сдохла уже через полчаса. Пот залил глаза, дышу как овчарка - скорей на лавочку. А моим дедам хоть бы что! «Надо джоггинг, дэнсинг», - ещё хохочут надо мной.
Играть на счёт я, конечно, совсем не умею. Просто мячи гонять – даже не ошибаюсь. А в игре - как дохлая устрица. Но я не унываю. Пусть буду устрица.

Только что обнаружила: мой балкон отлично просматривается из купальни. Мамочки! Сколько раз я выскакивала голышом развесить купальник.

Я встаю в половине шестого. Дышу, делаю зарядку, пью минеральную воду и плаваю. Ещё хожу в купальню с душем Шарко. Ту самую.. Завтракаю с книжкой. Приворовываю персики из ресторана. Ну, в самом деле! Не могу же я есть фрукты сразу после яичницы! Шастаю на рынок. Покупаю шелковицу и цветы. Рынок здесь настоящий колхозный. То есть сами бабульки продают дары своих огородов. Ещё есть блошиный уголок. Но я его уже четыре раза прошла. Ничего заманчивого. Вино купила для мамы. Из винограда Трамини.
У меня очень красивая шляпа. Малиновая с приколотыми розами: нежно-жёлтой и голубой. Мне даже несколько раз говорили: «Мадам!»

Днём жара. И я сплю. Это вместо обеда. А под вечер в шляпе иду на озеро. В нём чёрная вода и розовые лотосы. Оно тёплое-претёплое. Круглый год. И плавать там нельзя. Только висеть. И лучше помалкивать. Детям вообще нельзя. Но люди везде одинаковые. Трендят, громко смеются. Дети повсюду. Чтобы лучше расслабляться, предлагается лежать на круге. Вот когда пригодилась каталинина колбаска. Я закрываю глаза и представляю, что озеро вытягивает из меня чёрную пыль. Удивительно, что на третий день пыли не осталось. Хожу как на работу. 30 минут в озере, 30 на травке и ещё 30 в озере. Больше часа в день торчать в лечебной воде тоже не рекомендуют. Но никто не соблюдает. Кроме меня, конечно! Озеро открыл благодетель этих краёв граф Фештетич. Осушил болота, засадил всё пихтами и платанами и построил купальни-терема. Они так же сказочно выглядят и сейчас. Даже не верится, какая это была дыра. А теперь - курорт мирового значения. Такое озеро – единственное в мире. Лечит тело и душу. Омолаживает. Местная шуточка: «Не флиртуй с девушкой, выходящей из озера, возможно, она годиться тебе в бабушки.»
Интересно, что здесь нет ни слепней, ни комаров. Как в Швейцарии.
Как же здорово побыть одной! Никакого желания общаться. Вчера были танцы под оркестр. А я легла спать.
За ужином предлагают напитки. Я ничего не хочу. Воду я и так пью непрестанно. Одной пить вино – неинтересно. Чай – жарко. Пиво – фи! Но чувствую себя ужасно неловко. Полагается же что-то заказывать. Два дня мучаюсь. Потом прошу бокал вина. И успокаиваюсь. Несвободный я человек! Всё боюсь сделать не так, не как положено в обществе. Ну, какая мне разница, что подумают официанты. Что я – жадина. Или что у меня нет денег. Ерунда какая! Но вот ведь есть разница..
Как хорошо, что здесь весьма посредственные сувениры и одежда. Никаких соблазнов! Да! Это вам не Италия, где только слепой ничего не захочет.
Зато колбаса здесь – как говорит одна моя подруженция – отвал башки. Я бы её грызла непрерывно. Но волю я воспитывала всю жизнь. И она воспиталась. Только в первый день я напозволяла себе. Мы с Каталин зашли в магазин Януша. Он сам колбасу делает. У него мини-фабрика. Самая чудесная колбаска - из свиньи удивительной породы - Мангалица. Свинка как овечка. Вся покрыта нежной кудрявой шерстью. В её жире отсутствует холестерин. А ещё есть пряморогие серые коровы, похожие на буйволов. И из них тоже Януш вертит свою божественную колбасу. Я так напробовалась… Нет! Не выдержу. Завтра побегу, куплю себе грамм сто-двести. Тогда уж и вина…

Сколько можно так жить? Год можно?

Завтра четверг – финал. Вот вообще нечего было покупать! Но как-то само по себе купилось яркое пляжное полотенце с кистями. (С кистями! Выглядит, как палантин. А это полотенце. Вот так..) Две сумки: бледно-золотая и серебряная, серебряные босоножки, кошелёк – Миле в подарок, мягкая кукла с вышитыми глазищами, по имени, конечно же, Каталин, пять бутылок вина, кило конфет и четыре килограмма сыров и колбас. В чемодан не лезет. Пихаю в пляжную сумку. Потом сдам её в багаж. Надо же воспользоваться преимуществами бизнес-класса.

Завтра я увижу Дже. Какое-то нетерпение поселилось во мне. Как-то мы встретимся?
Мой муж, как известно, спортсмен. Лакросс - экзотический вид спорта. Им во всей России занимаются человек сорок. Половина из них – американцы. Я с гордостью говорю: «Мой муж – член сборной России по лакроссу». И это так. Сейчас где-то под Будапештом проходит чемпионат Европы.
Я хотела поехать с ним на все две недели турнира. Но Дже скорчил козерожку: «Что ты там будешь делать, Алёшик! Мужское общежитие: по три вонючих парня в комнате.»
Потом я узнала, что девушкам там всё-таки жить можно. И даже можно обтяпать отдельную комнату. «Ага! Ты просто не хочешь, чтобы я ехала! Ты меня не любишь!» - мы поссорились. Дальше - всё понятно: он – на турнир, я – на курорт. Все две недели переписываемся. Он – про спорт, я – про оленину в черносливе. Почти официальное общение. Через пять дней читаю, что он забронировал мне гостиницу на последнюю ночь. Ого!
И вот я в такси. Мимо сахарных городков в яркой черепице, мимо блестящего сквозь перелески Балатона, мимо торжественного Будапешта еду в деревню с непроизносимым названием. Секершпехенван читаю на указателе. Ах!. Это же из моего горячо любимого спектакля «Пороховая бочка». Ульянка туда ехала. А Капустин её смешно передразнивал. Капустин такой хороший артист!
- Вот вас занесло! - не выдерживает мой водитель. Очень приятный молодой парень. - Я сам в этом городишке никогда не бывал. Слышал только, что там у нас хор бабушек есть. Вы на концерт к бабушкам?
- Я – к мужу, - улыбаюсь я.
Опять пряничный городок. Босые дети бегают под фонтанами на главной и единственной площади, цветы, любимые черепичные крыши. Жара. Народу никого. Сворачиваем во двор гостиницы.
В кафе под зонтиком в красной майке вижу Дже. Невольно привстаю – нос в лобовое стекло. Боже! Что с ним! Он оброс бородой, толстый какой-то. Равнодушно пьёт пиво. «Сердце биться перестало», - как говорил мой дедушка, как известно начисто лишённый чувства юмора.
- Это ваш муж? – интересуется симпатичный и стройный водитель.
- Эээээ, кажется, нет! – блею я. - Майка просто похожа.
Водитель берёт мой чемодан (Почему в России таксисты никогда не помогают с багажом?), и мы карабкаемся по винтовой лестнице. И вдруг сверху на меня рушится очень худой, чисто выбритый и очень красивый Дже. Он обнимает меня, неловко целует лицо и впихивает поникшую розу. Он, конечно же, в красной майке, которая просто насквозь мокрая.
- Ты что мылся в душе, не раздеваясь? – не удерживаюсь я.
- Ах, Алёшик… - сверкнув глазом, ласково говорит он с непередаваемой интонацией, в за которую я его, видимо, и полюбила.
Оказалось, встав пораньше (что уже подвиг), Дже помылся-побрился-нарядился, купил розу, белое вино, шоколадные конфеты, дыню и арбуз. Решил, что пойдёт в гостиницу заранее. Мириться. Посмотрит номер - «чтоб Пышечке всё понравилось», охладит вино… Вышел, не спеша, насвистывая. Идёт, а гостиницы нету. Смотрит на карту в телефончике: гостиница есть. А наяву - нету. «Ладно, - думает, пройду ещё чуть-чуть». Тут городишко закончился. Дорога вьётся по полям и лугам. Что за чёрт! А навигатор показывает: правильной дорогой идёшь, товарищ. Прошёл ещё пятнадцать минут. И ещё пятнадцать. Уже солнце припекает. Жара зверская даже начинается. А тут – в одной руке арбуз, в другой – дыня на пару с бутылкой, и роза в зубах тоже чахнет. Через сорок минут мой герой взмок, как мышь под метлой. И это было только начало. Потому что, как потом выяснилось, гостиницу мой умный муж забронировал в соседнем городе в 15 километрах от своего, а не в 150 метрах, как ему чудесно привиделось. К тому же, притащившись на место, весь в пыли, в мыле, кляня «тупой букинг», первое что он увидел у гостиницы - маленький рыночек с арбузами, дынями и розами. А тут и я появилась со своей невинной фразой про душ.

Я хохотала весь день, как гиена. Все обиды сгинули. А счастье затопило моё сердечко: весь день вдвоём, некуда спешить, отличный ресторан, и снова вдвоём...

И я думала, лёжа в ночи, глядя в мансардное летнее небо: «Мы живём лучшие годы нашей жизни».
СсылкаОставить комментарий

Майский Питер [авг. 1, 2016|11:13 pm]
laura_shpulkina
1 августа. Жара. Венгрия.Хевиз. Поздно.
Духи: отсутствуют
Книга: Людмила Улицкая «Лестница Якова»
Музыка: Цикады в кустах

Майский Питер

Вдвоём…

Мы, когда в Питер собирались, поняли, что вдвоём не отдыхали уже два года.
У Женьки в Питере была назначена игра. Приехали на субботнем сапсане. С вокзала - в ресторан. Кутим! Потом Дже на тренировку перед игрой, а я прошлась по Невскому. Низкое солнце бьёт в глаз, тепло, девушки с голыми ножками. Это особенно приятно, когда в Москве шквалистый ветер и собачий холод. Купила себе гигантское ожерелье цыплячьего цвета. Как сейчас модно. Буду с белой футболкой носить. Хотела пешком идти до Таврического сада. (Сразу вспомнила: Ляли-ляли-ляли,/ Два пупсика гуляли,/ Два пупсика гуляли/ В Таврическом саду./ Штанишки потеряли/ В двенадцатом часу.)
Но так точно не успею. Догадалась сесть на троллейбус. А там кондуктор и билетики, как в детстве. Удивительно! В Москве много лет назад это исчезло. Как всё-таки здорово, что не всё ещё унифицировано. Не всё одинаково везде. Как в Германии какой-нибудь. Билетик сохранила, хоть и несчастливый. Вхожу в Таврический сад. Вокруг - старо-английская идиллия. Кованая ограда, поля стриженых газонов и белый особняк в закатном солнце. Где-то здесь стадион. Идёт игра. Болельщиков очень много. В основном красивые девушки. Почти вся Питерская команда – американцы. Но наши выиграли. При счёте 7:7 наш капитан, американец по имени Женя, на последней минуте на полном ходу забросил решающий мяч. Краси-и-иво! Как в кино. Десяток московских болельщиков ликуют. Свисток. Игроки бродят по полю, фотографируются, болтают, разглядывают друг у друга клюшки. Все у кого есть кубики, разгуливают без маек. Те, кто в майках, очевидно, кубиков не нарастили. Дже в майке. Я потом не сдержалась, похихикала: «Что ж ты маечку не снял?». Весело едем на квартиру моего друга Димки Букинича. Год назад он поддался порыву, купил квартиру на Васильевском острове в старинном доме. Сюрприз для своей жены готовил. Иннусик, коренная петербурженка, подарок отвергла. Вход через арку, под окном ночной клуб, в арке ночами писают. «Фу!», - сказала Иннусик. Теперь продать нереально. А нам понравилось. Потолки до неба, окна полукруглые, паркет старинный, везде пусто. Есть кровать и ванная с унитазом. И всё. Ни кухни, ни стульев, ни холодильника даже. Зато мы можем переночевать и сэкономить тысяч 7. А на вырученные деньги трескать в ресторанах. Кровать застелили. Переоделись и поехали по барам. Боже! Я с мужем веду ночную жизнь! Подъезжают ребята из команды. Я вообще развеселилась. Мужское общество всегда бодрит. Особенно молодых и неженатых. Пьём, смеёмся, курим, ложимся с рассветом. Маленьким пальчиком левой ноги удалось ступить в ту же реку, которая текла в юности. (Сначала написала «в молодости». Но потом решила, что молодость ещё не кончилась.) Завтракать идём в час дня. Безлюдные линии Васильевского острова, нежные майские деревья, запах близкой воды. Идём, куда ноги несут. И на набережной попадаем, куда надо. В «Бутербродский». Таких заведений в Москве нет. Там гламур всесилен. А в этом городе царит концепт. Окна огромные, все стулья разные, столы как верстаки, провода наружу, старинные фотографии, патефон. Еду приносят в рюмках, чай в тарелках. (Привираю, конечно. Но очень похоже.) И всё оочень вкусно и красиво. И дорого. Но дешевле, чем в столице. Мы одни. Сидим, смотрим на реку через окна. Пусто. Питер вообще пустой город - стоит свернуть с Невского. И вдруг, откуда не возьмись, повалил дым. Послышался рёв, свист, топот. Как в кинохронике, в окнах показались ровные ряды чёрных-чёрных людей в чёрных касках. Заградительный отряд из фильмов про будущее! Я открываю рот. Я ничего не понимаю. От удивления даже не пугаюсь. Дым густеет. Реки уже не видно. Никого, никого... И тут в окна вплывают знамёна, транспаранты, дым сносит ветер и я вижу стада людей. Все в одинаковых цветах. Сине-бело-голубые… они текут, текут. Или стада бредут? Неважно. У них барабаны, дымовые шашки, горны, какие-то пищалки. Я, как в зоопарке, глазею. Десять минут, двадцать, полчаса. Толпа не редеет.
Боже, что это?
«Зенит сегодня играет», - шепчет Дже, тоже не отрывая глаз от окон.
Мы допиваем чай и кофе. Я из жадности заказала три десерта. И теперь что-то воздушно-фруктовое из маленькой рюмочки не лезет в меня категорически. Забрать с собой нельзя, съесть невозможно.
- Давай ещё немножко посидим. Может, позже влезет.
- Вставай, Пышоночек! У нас большие планы, а вечером – хоккей!

Путь наш лежит в Русский музей. Мы неспешно шли и всё говорили-говорили. У Спаса-на-крови стоял лоток со швейцарским мороженным. Мы решились. С удивлением заплатили 540 рублей. Ого! Я как всегда - щербет из манго и шоколадное. Дже - фисташковое и крем-брюле. Сели на лавочку в летнем саду. Кругом со времён Пушкина ничего не изменилось: статуи, дети и хорошо одетая публика. Хотя - не так хорошо как в Москве. Питер заметно отстаёт по буржуазности и лоску. И вот как раз мороженое нас и подкосило. Мы очнулись – шестой час. Все музеи всегда закрываются в 6, а касса в половину. Ха-ха! Прокрякать музей, заболтавшись с собственным мужем. Мы ведь разговариваем дома только по делам. Вечером он приходит в 11. Поел, обсудили новости, планы и - в коробку на бочок. А поболтать про жизнь… Годы прошли, когда это было.
А вишенкой на торте стал хоккей. Финал с финнами. Мы уселись в привокзальном баре. Вместе с нами ночной поезд ждали и молодые ребята из команды. « Школота», - нежно называет их мой 30-летний муж. Пили чай и мрачно смотрели, как наши бесславно и беззубо летят фанерой. Уходили на счёте 5:О, а в вагоне нас уже ждал шестой гол. Потом вся страна обсуждала, как чуть ли не вся команда ушла с награждения победителей. Даже на российский гимн не остались. Деревенщины тщеславные! Тут мы, конечно, перемыли кости всем богатеньким безногим и безруким хоккеистам. Ещё раз вспомнили, как организованы спортшколы в Германии: уволили модного главного тренера, а на его гонорар построили футбольные школы в каждой дыре. Через пятнадцать лет – сильнейшая футбольная команда мира. Выпили чаю и убаюкались стуком колёс.

Год спустя…

Мы решили: едем в Ленинград! Василиса отличница! Артём – само собой, отличник! Будем жить в квартире Букинича, гулять, ходить в ресторанчики и прожигать жизнь!
Тем более у Дже традиционная майская игра с Питером.
Я накануне накрутила кудри. В Сапсане едет вся команда. Пусть любуются.
Питер меня любит. Я приезжаю – всегда солнце. Даже зимой. Даже когда в Москве тёмные тучи. Как в прошлом году. В Москве – ураган, В Питере – тихий тёплый закат. В поезде мы с Басей ели черешню, читали книжки и улыбались. Я читала книжку с рассказом «Верна». Бася велела мне прочесть. Мы обе сошлись, что он - само совершенство. Я чуть-чуть поплакала.
Артём скакал по парням из команды и боролся (Это Дже так называет своих товарищей: парни из команды). Артём пока ещё пребывает в божественном ощущении, что весь мир его обожает. И он тоже обожает всех на свете. Ему ничего не стоит обнять за ногу маму одноклассницы или ткнуть в живот малознакомого человека. От любви, конечно.
Дже спал.
Здравствуй, «Вася»! К тебе приехала Вася.
Всё же называть Васильевский остров «Васькой» - это панибратство.
Как приятно возвращаться в знакомый дом. Это так же приятно, как и приезжать в незнакомый.
Я начала было мыть полы. Но пришлось бросить. Скоро на игру. А ещё же пообедать! И мы отправились в чудесную пельменную через два дома. Потом вызвали Убер и поехали в Екатерингофский сад болеть. Мы с Василисой орали: «Москва вперёд!». А Артём: «Смотрите! Это - мой папа!» Наши продули со счётом 6:8. Дже перед матчем не спал трое суток, но бегал как конь и даже забил. Архипов – капитан, проигрывать не умеет. Ушёл злой и мрачный. Я написала ему ободряющие слова. Он не ответил. Ну и пусть!
Дул ветер. И я простыла. Голос сел и стал как у Заз. Мы снова заказали такси, попрощались с командой и отправились в бургерную через три дома от нашего. Странно, что команда после матча не идёт никуда вместе выпить, обсудить, кто как бегал и махал сачком (ох, я бы получила от Дже за такие крамольные выражения о любимом Лакроссе)
В бургерной детям разрешили заказать, всё что угодно. И они окосели от счастья и бесконечности выбора. А потом пришла Вера..
С Верой Василиса дружила в 5 классе. У них был клуб взаимного восхищения. Василиса рассказывала, что нет никого на свете умнее Веры. И утверждала, что она красавица. Вера – худенькая еврейская девочка с большими зубами и в очках. (Просто, чтоб было понятно.) И Вера тоже, кажется, Василису ценила. Потом Вера необъяснимо Василису бросила. По-другому и не скажешь. И стала дружить с Соней, которую сама же раньше называла легкомысленной прилипалой. Василиса нисколько не обиделась. Она очень удивилась. И всё-таки переживала. Долго. Вера через год уехала в Питер и поступила в какую-то элитную гимназию для умных. Василиса снова переживала. А Соня, кстати, – нисколько.
Перед отъездом в Питер Василька долго мучилась и мялась, и мусолила телефон. Потом решительно написала Вере в контакте. И Вера ответила. Оказалось, что она живёт прямо на Среднем проспекте. Из миллиона улиц девочки оказались на одной.
Василиса не могла ни есть, ни пить, ни сидеть. Она ждала Веру у дверей.
- Смотри, будь любезен с Верой!, - предупредила я Дже, - Мы должны её обаять, чтобы она поняла, чего лишилась!
- Если б ты не сказала, я бы был любезен, - заявил Дже. Но теперь-то я точно скажу ей: «Чё пришла, предательница!»
Мы были с Верой очень милы. Угощали её всячески и расспрашивали о её жизни, главным образом о гимназии для умных. Выяснилось, что она изучает там латынь и древне-греческий. Что латынь – это здорово, а по греческому у неё тройка. (Тут Василиса радостно вставила, что у неё тоже есть учебник латыни. И она даже его чуть-чуть читала. Спасибо Ириночке Михайловне!)
После полбутылки вина, Дже поплыл, то есть стал засыпать прямо на глазах у публики. Хотя было только 7 вечера.
- Девчонки, вот вам тысяча рублей. Гуляйте! А мы пошли спать. – сказала я.
Артошка скрючил козерожку: так рано, а уже домой! Но заснул он ещё быстрее, чем Дже. Всё-таки Сапсан был утренний, шестичасовой.
Я целый час мыла полы под сопение и храп. (Сопит Дже, храпит Арто). Наводила красоту. А потом завалилась с очередным английским детективом. (Как написано в предисловии: «эскапистская литература») В четырёх метровом окне расцветала белая ночь, с улицы пахло сиренью. Лорд Питер Уимзи протёр пенсне и понял, кто убийца. Всё к лучшему в этом лучшем из миров! Главное - не заснуть от блаженства и услышать Василису. Ключ от подъезда надо кинуть в окно.
Василиса пришла абсолютно счастливая. Они с Верой были на Стрелке и в книжном на Невском. Пили ванильную кока-колу, купили блокнотик с кошками и непрестанно говорили..
- Знаешь, мама, эта страница всё время была как бы открыта и недописана. А теперь, я как будто дописала и перевернула её. И можно жить дальше..
- А вы говорили о том, что тогда случилось?
- Нет.
- Ты почувствовала, что ей интересно с тобой?
- О, да!
- поэтому ты и закрыла страницу, - улыбнулась я.
Как бы мне тоже хотелось закрыть одну страницу…
А на следующий день мы пошли гулять и завтракать. Мы ели мороженое и фотографировали всё подряд. Дошли до Морского музея, поняли, что у нас ровно 45 минут и взяли частную экскурсию. Умереть, как интересно!
Но, как обычно, искусство мы променяли на еду. В 3 часа Даша с Колей ждали нас в моднейшем месте Питера «Тартар-баре». Даша с Колей окончательно перешли в лигу буржуинов. И теперь то и дело летают в Питер послушать оперу и пообедать.
В ресторане были кирпичные стены, невообразимой красоты хрустальная люстра и маленькие порции. Через час нам сообщили, что пора бы покинуть их востребованное заведение, так как у них очередь и запись. (Ночью Артошку вырвало осьминогами. Благодаря этому обстоятельству, я с удивлением узнала о существовании прачечной самообслуживания. Оказывается, их много.)
Дже грустно поехал на Московский вокзал. Домой работать. А я с Васей и Арто отправилась в Мариинский театр на балет Мендельсона «Сон в летнюю ночь». Для этого события специально были положены в чемодан вечерние наряды. Мне - шёлковое калифорнийское платье под названием Victorian, Василисе – леночкино платье цвета морской волны с шифоновой пышной юбкой, для Артошки – белая рубашка и серые брюки на подтяжках.
Теперь мы знаем, откуда взялся свадебный марш.
Артём в первом акте оживился. Каждые три секунды спрашивал громким шёпотом: «А это кто?». Соседи волновались и грозно оборачивались. Во втором акте стало совсем весело: Артошка заснул и начал храпеть. Тут не обернулся только глухой. А что толку. Хоть шею сверни - аденоиды. А будить бесполезно. Артём из породы людей, которые могут спать на дискотеке. Иностранцы улыбались. Наши шикали. Оркестр играл. Артём храпел. Ульяна Лопаткина красиво двигала длиннющими руками. На финальных аплодисментах я едва растолкала нашего мальчика. Он встал, мы пошли пробираться через коленки к выходу. Выбрались с Василисой, оборачиваюсь, а Артём где встал, там и сел. И спит. И, наверное, храпит. Не слышно – все хлопают.
В наш любимый «Бутербродский» мы не попали. Потому что поехали завтракать к Даше и Коле в гостиницу. И там я потеряла кольцо с большим топазом. Его мне Катрин подарила. Я немного расстроилась.
От Крюкова канала мы пошли пешком домой через Садовую и Невский. Солнце заливало улицы. У метро торговали черешней и клубникой. Становилось жарко. Я купила себе золотые босоножки и немедленно их надела. О, чудо! Они не натёрли мне ноги, хотя мы шастали часа два. Непривычно было, что нет платных парковок, и повсюду – шанхай палаток. В Москве, как мы знаем, всё по-другому. Дети не ныли, вращали глазами и всё разглядывали. Артём, как всегда, был голодный. Но помалкивал. Впереди нас ждал ресторанчик.
А в три за нами заехал дяденька экскурсовод и повёз в Кронштадт. И мы узнали всё про инженерный дар Петра, про Крымскую войну, про линию Маннергейма, про Беллинсгаузена и про генерала Макарова. И про то, откуда взялось выражение «шведский стол». Увидели хрустальный собор (он, правда, как хрустальный), военные корабли на рейде, петровский док и то место, где служил Иоанн Кронштадский.
На следующее утро мы решили позавтракать в «Пряностях и Радостях» на 6й линии. Нам жарили яичницу 40 минут, и мы чуть не опоздали на поезд. Но это ничего не меняло. Артём и Василиса навеки влюблены в Питер.
Наутро Артём улетел в Анапу в лагерь Лакросса. Василиса ушла в поход в леса - ни слуху, ни духу. Малышей забрала ИП.
Я сижу за столом, передо мной букет пионов. Багровых и розовых… Пионы – мои любимые цветы.
СсылкаОставить комментарий

Переписка с Зо о младенцах ипрочих радостях летней жизни [апр. 23, 2015|02:08 pm]
laura_shpulkina
ПЕРЕПИСКА С ЗО О МЛАДЕНЦАХ И ПРОЧИХ РАДОСТЯХ. ЛЕТО 2013
(пунктуация и правописание - на совести письмописателей)

Зо пишет Че:

Чернушик, привет, рыбка моя!

Я все получаю, читаю, ржу, читала тут как-то Софийке даже.
не отвечаю на них, потому как как-то странно, вроде и не письмо.
если будешь добавлять пару строчек для меня - буду отвечать ))).

Тексты отличные, шлю некоторые для примера другим мамашам )).
Попробуй продолжать до конца лета пока, если тяжело - пиши пореже, не убивайся словом.

Мы наконец-то осели в Ницце. Я же съездила к Софийке на свадьбу,
она обвенчалась со Ставросом на острове, где родители живут,
в церквушке на берегу на закате )). красиво было. Гостей почти не было (по
греческим меркам никого - человек 30).
От Софийки - мы с Денисо, Арис и ее мама, от Ставрули - его друг Йоргас с девушкой.
Ну и родители Ставроса само собой и их гости-родствениики с острова
(мы их не знали )).
Покатались в конце июня с Пупсней по северу Франции, и это, я тебе скажу достойно
потраченного времени. Красоты! Устрицы каждый день (цены божеские!)! ММММММ....

Я взялась уже снимать один из твоих рассказов, сделаю - пришлю!
Обнимаю все ваше семейство!
Зо
========================================================

23 Jul 2013, at 14:45, Ольга Чернова wrote:

Зоммерка, душа! Сто лет не писала. Ты получала от меня дайджест? Всё ли тебя устроило? Продолжать ли мне? Мне не сложно, но иногда, не хватает силы мозга формулировать::))

Как ты?
Мы продолжаем полевые испытания. Сегодня я одна с четырьмя детьми. Родители уехали в Москву. Думала повешусь на яблоне, но нет! Успела постирать, помыть полы, накормить всех и самой зажевать тарелку супа на лету. Маленькие, конечно, молодцы. Но животы начали болеть.. Плачут и какают. Жалость такая. Ничем не помочь. Может, я ем что-то? Кашу, суп, творог, хлеб с маслом, персики, варенье черничное. Втихаря – две шоколадные конфетки. Эх! Попробую совсем не есть сладкого. Вдруг поможет!

Слава Богу сосут соски. Причём мы долго подбирали из 7 вариантов разной цены от 50 До 400 рублей за штучку. В итоге у Пети простейшая крошечная советская соска за 1 копейку, а у Аврелии, как Дже выразился, нано-соска из каучука за 430 рубликов. И каждый сосёт только свою! Вот такие они эти месячные младенцы!

Зоммерка! Если нужно что-то в отчётах изменить. О чем- то подробнее или наоборот. Сообщи!
==============================================================
Зо:
Ну может если только чуть больше бытовых подробностей, о том как справляетесь с малышней и т.п., если получится конечно. А так все прекрасно.
Обнимаю!
Зо
===============================================================
22.06.2013, в 19:46, Ольга Чернова написал(а):

Дже скачет с двойчатами. Называет их зайчатами и бобрятами.
Я говорю: " хоть бы жену обнял, а то у меня от нехватки нежности уже диатез.
"Алеша, я тебя боюсь.", -оправдывается, - За какое место тебЯ обнять? Тут швы заживают, там молоко льётся. Вот за ногу - могу обнять."
Отправлено с iPhone

23 июня 2013, 16:43

Ссоримся. Неправы оба. Но мне кажется, что он всё-таки больше неправ. Я только после операции и кормящая мать. Меня нельзя обижать. У меня ведь живот огромный, кожа на нём как мятая бумажка, ноги как у слонопотама - отёки потому что. И вообще гормоны... Тут мне становится тааак себя жалко, что я начинаю рыдать. И рыдаю полсуток. Дже уже в ужасе. Он боится меня ещё больше. Робко пробудет мириться, но я непримиримо рыдаю.

Отправлено с iPhone

26.06.2013, в 12:58, Tatiana Zommer написал(а):


Аврелия и Петр - слов нет :).

Аврелия - хорошая подруга для Галадриэли! :)

Спасибо тебе за отчеты, Чернушик! Ты молодец!
Обнимаю вас всех шестерых!
Женьке привет персональный! Пусть держится, все будет отлично!
=======================================================

оn 28 Jun 2013, at 08:50, Ольга Чернова wrote:

О Галадриэль мы всегда помним. Поэтому и решились на Аврелика. Все родственники крутили пальцем у головы: "Туту совсем родители". Мама с папой никак запомнить не могут. Просто "девочкой" называют.

Неделю сидим в раскалённой Москве. Старшие дети периодически пропадают у бабушек. К нам ходят гости. Приносят подарки: памперсы, деньги, клубнику и даже духи ( для менЯ, естественно) . Клубнику мне нельзя, так я её на лицо намазываю. Дже каждый раз вздрагивает: "Алёшик, как же ты кровожадно выглядишь! Как будто ежа съела."
А у Василисы появился кавалер! Ему тоже 10. Сегодня обещала рассказать всё-всё.
Отправлено с iPhone


==================================================
2 июля 2013 г., 22:54:13

Четыре дня живём на даче! Едва ноги унесли из зажаренной Москвы. 60 километров ехали 3.5 часа. Но бойцы-двойцы всю дорогу спали - значит будут путешественники!

Сегодня ночью думала - помру. В 3 часа ночи оба как заорут голодными глотками. Крик ребёнка очень нервирует, особенно если это твой ребёнок. И ещё радость: оба обкакались. Я как забегаю! Попы мою - орут, переодеваю - орут, притулила их обоих кормить - молчат. Но потом же их надо столбиками держать, чтобы вышел воздух. А как одной это сделать? Пока одного держишь, второй уже срыгнёт драгоценное молоко. И снова заорёт.

Тут на моё счастье папа пришёл. У него в 4 утра традиционная бессонница. Он в это время обычно кашу варит на завтрак. Это его успокаивает. И мы с ним в четыре руки. Я решила подкормить смесью. Девица плюётся, парень ест. Но мало. И всё равно хочет сосать молоко, а не из шприца глотать подозрительную жидкость. Бутылку я по совету роддома пока не даю. Вдруг от груди откажутся. Поэтому пытаюсь докармливать из шприцика. Ерунда получается. За два часа мы с папой так умаялись и дети тоже так умаялись, что заснули все четверо. Папа едва до кровати дополз. А в 7 утра снова заголосили. В отчаянии я даже наругала несчастных невинных младенцев. Потом усовестилась, конечно. Где же эти прекрасные дети, которые спят от 12 до 6. Где и кому их выдают? Мама говорит, что я была такая. Ну, я-то по её словам, вообще была пришелец из космоса: всё время спала, ела, какала первоклассно, никогда не болела и родителей не беспокоила. Зато выросла и стала кошмарной: своевольной, неучтивой да ещё и детей нарожала. Так мама моя сокрушается.

====================================================

Хома улыбаетсЯ сознательно! Честное слово! Если наклониться над ним, смотреть в его раскосенькие глазки и вовсю нахваливать:
Это что за чудесный малыш! Уумный, красавчик, самый любимый мамин мальчик, мой кролик, птенчик желтопопенький, рыба моя - то он сначала очень внимательно слушает, а потом открывает ротяшку беззубую и расплывается во все свои депутатские щёки.

Я тут своим младенцам даю наказ, в котором часу просыпаться: "Петя и Аврелик, сейчас 11 вечера, теперь просыпаемся в 3!" они слушаются . Уже два раза получилось.

И восемь раз нет!

Арто и Василиса раскопали старинный лего, которым 20 лет назад играли мои братья. Их теперь не видать. Они наверху громоздят замки, строят летучие машины, и самое главное - они вместе! Моя золотая мечта - чтобы дети дружили.

Арто вьётся около Аврелии. Называет её девчуля и, когда никто не видит, засовывает свой нос ей в рот. Та, дурочка, думает, что еда и хватает. Этот хохочет. Вот такие развлечения. Артём, кого ты больше любишь, спросила его соседка.
- девочку.
- почему?
- она красивая и у неё глазки большие.

Когда я пыталась купить в Москве чёрные лаковые туфли с ремешком, вечером, закрыв глаза, я видела одни туфли, туфли, туфли. Известный такой эффект. Теперь стоит закрыть глаза - везде -попы, попы, попы. Они , то есть мои новые дети стали спать с 9 вечера до 4 утра. А потом, как по кнопке, есть и какать, есть и какать. И так до 12 дня. И я кормлю, мою попы и едва успеваю проглотить гречневую кашу и творог с абрикосовым джемом. И то, мама подаёт и убирает. А мыть попы надо незамедлительно, потому что попы "запаренные", то есть красные и в прыщиках. Какашки разъедают нежную кожицу. Вообще, младенческие какашки - это такая вредная субстанция! Она жёлтого цвета ( в магазине краска этого оттенка называется пески Марокко), похожа на зернистый творог и прямо-таки въедается в любую ткань. Отстирать - целая история. Только детское мыло её берёт. К полудню поток какашек иссякает, но пир продолжается. Молоко у меня уже кончается, и обжоры принимаются за смесь. Я без всяких сил буквально падаю с копыт. В одном журнале я прочитала, что за одно кормление женщина теряет столько калорий, сколько за получасовую пробежку.
=========================================================

Мама вливает в меня борща, и я с компанией отправляют гулять на палубу. Если они оба спят - считай день удался. Можно почитать. И даже поспать тут же на диване, накрывшись пелёнкой. Но чаще, один сладко спит, а второй кряхтит, акает и говорит:ГА!, срыгивает на чистую красивую маечку и снова хочет немножечко подкушать. Маечку переодеваем, кушаем. Тут первый хочет тоже подкрепиться, второму нужна соска. Первый Срыгивает на красивую маечку, второй теряет соску и, кажется, снова какает - ну и так далее, со всеми остановками.
Понятно, что в таком режиме, я совершенно не помню:" А какала ли сегодня я сама?
*********************************

Ааааааа! Они не какают! Раньше какали, а теперь нет! Зачем я строила козьи морды, когда ночами мыла попы?! Надо было весело петь : "аллилуйя!" Теперь я грустно меняю пустые памперсы. Что делать? Куда бежать? Не может же человек длиной в 60 сантиметров есть три дня с аппетитом и не ходить по-большому! Где там у него всё уместится? Ничего не помогает. Жру свёклу и чернослив - ноль! Пою их водой - Никакого результата. Наглаживаю животы - хоть бы хны. Педиатр пожимает плечами: "Может, это наследственное?" Как бы не так! У нас в семье битва за унитаз. Придётся делать клизму. Но это же, скажу я вам, одноразовая мера. Мальчиш хотя бы спит! А девица ведь так и мучает нас. Поспит 15 минут, смотришь-уже таращит свои серые глазищи. И, понятно, что и ест она каждый час. Если человек не спит, он ест. Логика! И ещё один ужас. Она стала отказываться от груди. Разленилась. Сосёт только, когда молоко плещет. А если надо постараться достать так называемое дальнее молоко, то сердится, дерётся, возмущённо кричит и плачет. Требует бутылку. Я купила какую-то новую бутылку с медленным потоком. Посмотрим. Жалко её, дурочку. Какую-то гадкую смесь ( а она и вправду на редкость невкусная. Мы попробовали) она предпочитает волшебному во всех смыслах маминому молоку. Прям как я, когда лопаю эклер вместо морковки.
***********************************************
5 июля 2013 г., 22:43:34
Кому: Зоммерка

Новеньким детям три недели. Позволю себе выпить пять капель красного вина. Мама готовит непрестанно и пихает в меня еду: мясо, щи, картошку и ненавистный чай с молоком. Я уже зверею от обжорства и недосыпа. Дети сегодня попеременно ели в течение 5 часов. Я кормила их лёжа, сидя, полулёжа, стоя и прохаживаясь. И даже тихо плакала от усталости. Дже сказал, что через год, как только прекращу кормить отправит меня в Лондон. Это греет. Арто-помощник! Он виртуозно вкручивает выплюнутые соски. Между делом Пыталась его учить читать, вскармливая одного из Двойчат, но Арто улизнул.
=================================================


11 июля 2013 г., 17:18:49 Московское стандартное время

Поездка в Москву!
Ну что же пора оформлять разные бумажки, чтобы откусить от государства немножко денежек. Их и правда чуточка. На двоих я получу 46 тысяч рублей. И собираюсь отдать их маме в фонд поездки в Прованс будущей осенью. Мне больше всех известно, как грустно, когда нет перспектив. На сборы себя, мамы и детей уходит 1.5 часа. Два babyкресла сзади не помещаются. То есть помещаются, но тогда мама сидит, как скрюченная кошка. Начихав на безопасность и гаишников, ставлю одно кресло на переднее сидение. Естественно, детей не пристёгиваю. Они спят как в кроватках. Девочка впереди со мной, мальчишка сзади с мамой. Как житель мегаполиса, я не имею возможности ждать. Останавливаться, кормить всю компанию - это же час потерять. Поэтому кормлю за рулём. Прямо на ходу, на светофорах меняя детей. С автоматической коробкой - вообще красота! 10 лет назад, кормя Василису, я ещё и передачи переключала. В Москве за 4 отпущенных мне часа тайно бегу сначала на педикюр. А уж потом в разные инстанции. Успеваю половину. И то хорошо. Через неделю придётся возвращаться. Заодно и прививочки сделаем! всё! Рвём обратно на дачу.

....Мои сероглазики безвучно спят, я Ем черешню, закусываю печеньками, читаю роман. Солнышко греет, кузнечики скачут. Расцвёл первый флокс. Лето катится к середине. Пелёнки постираны, полы намыты. Я нарядилась. Жду мужа.
Отправлено с iPhone
===============================================================================

7 июля 2013 г., 13:03:12

Дети обрастают именами. Петя не только Хома, но и Петруччо. Аврелию никто Аврелией не зовёт. Дже называет её КОза-МимОза, бабушка- Зозуля, а сегодня ещё и Февронией.

Лежат, сопят симпатичные. Один в красной маечке с корабликом, другая - в розовой с вишенками. Пупки зелёные, попы голые.

Чудесный день мы прожили. Родители вместе с Арто укатили к Василисе в лагерь на родительский день. Сбежали, можно сказать. А я и рада. Пусть проветрятся, чтобы с новыми силами на нашу весёлую каторгу.
Остались Дже и мои Лена с Мишей. Как же это целительно принимать и одобрять неизбежное. Вчера я так расстраивалась, а сегодня спокойно приготовилась, что с 4 до 7 буду кормить без продыху. И они почувствовали моё спокойствие, наелись и задрыхли на 4 часа. Ликование и аплодисменты! Вообще я только учусь быть мамой. И совсем ещё не привыкла. Поэтому то и злюсь, и бьюсь.

Ромашкой моем глазки и попы. У Аврелика гноится левый глаз, у Пьетро красная попа от жарких ужасных памперсов. Но без памперсов никуда. Они какают очень часто жёлтым въедливым творожком. Стирать пелёнки нет ни охоты, ни времени. Хотя стираю, конечно. Моя страсть к чистоте параноидальна.
Отправлено с iPhone
============================================================
> 12 июля 2013 г., 23:56:31

- Полкило это ооочень мало! Вот Наша Ира за первый месяц прибавила кило двести!! - гордо сообщает Катрин.
Катрин год назад родила дочку и знает о младенцах всё.

Мдау! Ну и ладно! "Значит мои - дистрофики", - легкомысленно решила я. Это было ровно неделю назад. Но сегодня, прежде чем купать их в сиреневой ванночке на солнечной террасе, я взвесила своих курят. Ого-го! Хома за месяц прибавил целый килограмм! Оно и заметно. Вон как щёки развесил. А девулечка наша - 700 грамм, что для неё просто триумфально.

Пупки зажили, мяском обросли, аллергии нет - образцовые младенцы! Я Ем всё - помидоры, огурцы, черешню, печенье с шоколадом, абрикосы, капусту, яйца, пью кофе и красное вино. Остерегаюсь только лука, чеснока, копчёного и солёного. Жирное тоже отвергаю, хотя родители мои любят понаваристее и пожирнее. Сегодня, например, ругалась с мамой. Она не желала сдирать кожу с индейки. Но я заявила, что в таком случае отказывают от щей. Она сдалась, но раз сто повторила, что в таких щах только ноги мыть. И что бедные дети из-за капризов мамаши сидят на диете. Всё, уже полночь. Пошла спать. А то через час уже проснуться.
===================================================
> 15 июля 2013 г., 14:40:40

Мы прожили уже целый месяц с новыми младенцами, и никто не умер!

В субботу ужинали на улице и пили за их здоровье.
А в воскресенье мы с Дже поехали с ними в гости к Ирику в деревню Дурыкино, где у них дача. Дети вели себя образцово. Спали, а проснувшись, лупоглазили и не вопили. У Ирика была в гостях подружка Юлька. И они вдвоём кудахтали вокруг парочки, мыли им попы, мазали складочки. ( у Пети уже есть, а у Аврельки намечаются), таскали на руках.
Мне во всём был почёт и восторг. Подкладывали лучшие куски, поздравляли, втайне ужасаясь, говорили комплименты и вообще всячески старались угодить. Я нарядилась в сарафан в синюю и салатовую полоску, нацепила разноцветные бусы и серёжки из мурановского стекла. В машине, как обычно, накрасила ногти. И даже бровки подвела слегка. То есть был настоящий светский выход. Девчонки, правда, были просто в джинсах. Ну и что! Детёнышам тоже маникюр сделала. Обычными маленькими ножницами. Даже не стала заморачиваться: покупать специальные с круглыми концами. Вот что значит куча детей. На многое смотришь проще!
=============================================================
13 августа 2013, 11:14

Чернушка, рыбка моя! В Москву приедем в районе 29-го августа.
Билетов нет, ибо собираемся на машине прикатить - много дел,
которые необходимы именно на машине.
У меня к тебе вопрос, может тебе хочется чего-то особенного ко дню рождения?
Может хотя бы задашь направление?
Читаю твои письма и ржу, у тебя конечно рассказы самые интересные.
Девочки в основном пресновато пишут )). А ты супермолодец!
Тебе надо книгу написать про то как иметь четырех детей и при этом оставаться женщиной
с рецептами еды/масок для лица/упражнений/адресами магазинов, где приодеться и не разориться/чем занять детей и при всем при этом с мамой не поссориться
ну и с моими картинками ))).
Я серьезно! Может а? Нашим теткам с детьми ох как это надо!

Зоммерка
======================================================
15 августа 2013

Уложили детей, зажгли свечку, сидим пьём вино, жуём моцареллу.
Я советуюсь:

- Дже, что делать с Днём Рождения - ума не приложу. Зоммерка приезжает опять же. Кстати она обещала нас фотографировать.

- С детьми?

- Ну да, причём, голых всех,- серьёзно очень это говорю.

- Ну да! И в Капотне! Для концепции.

- Ты не веришь, а я серьёзно. Ей для проекта надо.

- Вот маньячка! Опять голышом стоять. Спасибо, хоть лето. Это что за проект такой?

- Такой проект детность-бездетность.

- Понятно!!!! - возмутился Дже.- Они, значит, такие клёвые с Денисо в Сан-Тропе с Вдовой Клюко (так и сказал: "клюко") - пьяные и счастливые, и мы такие - с четырьмя детьми - голые и в Капотне.
==========================================
15 августа 2013, 17:47
Я тут вывесла твое письмо в фэйсбук, и все тоже ржут над Капотней.
я даже подумала может нам и правда замутить какой-нть кадр голыми в капотне? )))

=========================================


25 августа 2013 19:05

Зоммерка - Хоммерка! Приезжайте 31 в субботу к нам на дачу на обед к 2м часам. Будем провожать лето, пить за моё здоровье и выгуливать Двойчат.
=========================================================


12 октября Турция Белек Отель SunTai
Escada Tai Sunset
Музыка: Забористый Шансон
Книга : Маурин Ли «На краю Принцесс-парка»
Я изнылась. Я девять месяцев носила эту компанию, родила в муках, потолстела как слон, просидела всё холодное заболотистое лето на даче с мамой. ВСЁ! Я ХОЧУ НА МОРЕ, ЧТОБЫ НИЧЕГО НЕ ГОТОВИТЬ, НИЧЕГО НЕ УБИРАТЬ. НЕ ДЕЛАТЬ НИКАКИХ УРОКОв. С малыми детьми в большом количестве у нас одна дорога – Турция all inclusive. Цены оказались конские! Дже аж вспотел, когда услышал итоговую сумму: «Если на работе узнают, сколько я заплатил за отдых, меня проклянут». Жуткий перелёт на Трансаэро. (Никаких люлек. Младенцы спали на полу. Честное слово! А на местах с люльками сидели толстые дядьки) И вот мы в этой благословенной стране. Обожаю Турцию. Горы, море, овощи и фрукты.
Отель отличный за исключением малого. Вечером здесь - "Оскар".
Однажды в Черногории мы сняли дом в идиллическом месте. Тихая деревушка с курами и смоковницами на берегу Которского залива. Целый день мы жили в раю, а ровно в 10 вечера на нас обрушился ад. Микроскопическое кафе «Оскар» прямо напротив нашего домика оказалось мощнейшей openair дискотекой. АААААаааа! И здесь же самое! Только вместо гоп-ца-ца - балканских хитов - оглушительно завывают бездарные отдыхающие в Караоке. Трэш!

Малики сегодня сбесились и вопили целый день. Мы даже на ужин с ними не пошли. Неприлично было. Все бы подумали, что мы втихаря лупим младенцев.
Очень тепло. Море- 25 градусов. Арто сидит в нём как кальмарчик. Не вытурить. Учила сегодня плавать. Кусала за бочок.
Мы здесь уже знаменитости. Наша пиратская коляска, которую пилотирует Аррто, вызывает восторг и благоговение. А что же будет, когда приедут Дже и Бася. Думаю, что начнут брать автографы.
==============================================
Обалдеть! Яхтсмены приезжают тоже! Со всеми своими отпрысками. Так что трепещи турецкий берег!
Сегодня Бася звонила, рыдала, что взяла в школу серебряную ложку, чтобы съесть йогурт, и потеряла её. Я ей говорю: «Ты же знаешь, что брать серебряные ложки нельзя. Я сто раз это тебе говорила и всегда давала обычную стальную. Зачем же ты взяла?» - «Не знаааю» - вот и весь ответ. Похоже, я приеду, а дома - голые стены. А Арто вчера порвал мои любимые бусы. Просто взял посмотреть. Без спросу, естественно.
«Оскар" жжёт! Спим под Верку-сердючку в исполнении Нижнего Тагила. Удивительно, что всё остальное время здесь играет тихий джаз.
Сегодня занималась йогой. Уединиться не удалось. «Мама! Смотри! Там на голове стоят!» - заорал какой-то бойкий мальчик.
Купаемся с мамой по очереди. Читать на пляже невозможно вообще. Лежать тоже. Отдых тот ещё. Но это лучше, чем сырая Москва и хозяйство. Помни об этом, дорогая моя! (Это я себе.) Любые Здоровые дети лучше , чем больные. Любое тёплое Море лучше, чем Москва. Любые заботы в молодость лучше, чем в старости.
Значит, я вполне счастлива.
СсылкаОставить комментарий

Борщ и девочка [апр. 7, 2015|02:00 pm]
laura_shpulkina
18 марта 2015 года
умопомрачительная весна.
Больница Сперанского.
Книга: Майа Куческая «Бог дождя»
Духи: Gucci parfume N2
Музыка: Джинджола Чинкветти

На Москву обрушилась весна, о которой всегда мечтают и которая никогда не приходит. Все эти ослепительные 2 недели я лежу с Авреликом в ожоговом центре.

Ровно год назад я была здесь с Петей. Я не могу не задавать Вселенной вопросов: «Почему? и за что?». Правда, мудрецы велят всегда спрашивать: «Для чего?». Я, поразмышляв, пришла к выводу, что это привет для меня. Всё время пока я сначала ждала, а потом растила свою парочку, я неустанно повторяла, как мне непросто. Я всем должна, я в домашнем рабстве, я устала, у меня нет возможности заниматься своим развитием. Короче, Я теряю себя. Это всё правда. Но! Правда, как всегда, двулика. Она и в том, что жизнь моя переполнена смыслом до краёв. Что муж мой в восторге от вызова судьбы. Что меня распирает гордость и, как ни удивительно, ощущения полной свободы. Я ничего не боюсь. У меня охранная грамота на всё на свете. Но этого-то я никому не говорила. Только жаловалась! Всё. Теперь буду только улыбаться и хвастаться.

Больница – адская. Даже удивительно, что такое происходит в 2015 году в центре Москвы. Прошлой весной мы с Пепой лежали на втором этаже в чудесном отделении, где у каждого отдельный бокс. Теперь оно по неясным причинам закрыто. Тёмные дела творятся сейчас в московском здравоохранении.

В нашей палате 6 кроватей, из которых две – для дошкольников. Они в самом деле 1,40 в длину. Палата – 20 квадратных метров. И на каждой кровати ребёнок и родитель. Двенадцать человек! С трёхлетней девочкой Варей лежит папа. Он большой и квадратный, как хоккеист. За 3 недели он научился спать, складываясь в три раза, у дочки в ногах. Голову кладёт на стенку, ноги поджимает на стул.
Бабушка двухлетней Поли так не может. У неё артрит. Она спит, сидя на стуле.

Нам с Авреликом повезло. Наша кровать полноценная. Мы спим валетом. Только спать – это понятие в этом месте невозможное. Разве можно спать, не просыпаясь, когда в палате шестеро детей с ожогами, которые болят и чешутся. Из шести деток, пятерым не исполнилось двух лет. Вообразите, как все вопят! То и дело шмыгают медсёстры, проверяют капельницы. Естественно, хлопают дверями. Любезность персонала – это отдельный разговор.
По-человечески в нашей палате должно было быть четыре кровати для двоих взрослых и двоих детей. Ведь понятно, что за ожоговыми больными нужен круглосуточный уход. Дети никогда не лежат одни. Но нас двенадцать. Бомбоубежище.

Я, лично, непрестанно мечтала об автомате Калашникова. Я ненавидела всех орущих детей и всех их суетливых родителей! Ненавидела за то, что громко разговаривают, что оставляют открытой дверь, что пихают своим младенцам телефоны и планшеты, что у всех трезвонят звонки, что шуршат пакетами. Аврелик засыпала только, когда уже не оставалось сил. В день, когда нас перевели в платную отдельную палату, она проспала с 11 утра до 18 вечера. Проснулась, поела, попила и снова – до утра! Неслыханная сонливость для моей бойкой девочки. Как можно поправиться в таком сарае? Но родители молчат. Все привыкли унижаться. Ведь ради детей можно вытерпеть всё. Кстати об унижении. В туалетных кабинках нет дверей. Вот так! Их нет. Не спроектированы. То есть отрываешь дверь в туалет, а перед тобой картина: сидят на толчках тётеньки. Можно отлично рассмотреть, кто, чем занят. В мужском туалете то же самое. Дже сказал, что после посещения этого заведения у него случился запор на три дня.

Стена и дверь в нашей палате стеклянные. Напротив – круглая лампа, которую на ночь включают. Зачем – объяснения я не нашла. Помимо общего хора-ора, ещё и свет шарашит прямо в глаза. Злая как овчарка, встала и погасила чёртову лампу. Прискакала медсестра: «Не положено!». Я ей вежливо говорю, что свет мешает заснуть моему ребёнку.
- Я сказала: «Не положено!», - цыкнула она как надзиратель в американском кино.
Обычно я тихо разговариваю, улыбаюсь, вежливая. Никто и не подозревает, что я мечтаю о массовых убийствах. Но тут уж я разогналась. И услышали меня во всех палатах.
- Значит так. Это больница, а не тюрьма. И положено здесь только одно – чтобы мой ребёнок выздоровел. А чтобы выздороветь, надо спать. Поэтому ночью фонарь моему ребёнку светить в лицо не будет.
- Неблагодарные, - прошипела злая тётя. Выскочила и выключила лампу. Все родители молча вытаращились на меня, как будто я стреляла в президента.

Но тут освободился платный бокс. И о чудо! Вот оно счастье. Счастье - это просто не несчастье. Свой туалет, своя кровать, свой даже холодильник. И зеркало есть! Ведь ни в палатах, ни в ванной, ни в этих легендарных туалетах нет зеркал. Почему? Ответа нет. Открыла окно, впустила свежесть весеннего города, которая сильнее даже автомобильной гари. Включила Сан-ремо 69го и расстелила коврик для йоги. Я даже в больницу приехала с огромными сумками. Мало ли что понадобится! Никогда не езжу налегке.

Пришла к заведующему. Ладный, крупный, седой, лет пятьдесят. Весь из себя. Мне понравился. Я ему тоже. Любая женщина в одну секунду понимает, кому она нравится, а кому не очень. Говорю с ангельским печальным светом в глазах: «Мы в состоянии купить любое лекарство. Вы только скажите. У нас девочка. Лицо повреждено. Нам очень-очень важно!»
Какие у него внимательные, синие глаза. Что ж в туалетах-то дверей не сделал!
«У нас все препараты импортные. Всё испытано много раз. Не волнуйтесь! Совершенно ничего не надо. Мы вылечим Вашу девочку».
Теперь мы каждый раз при встрече улыбаемся друг другу. А сегодня он, как ледокол, рассекал коридор в сторону операционной. Вдруг остановился и пожал мне руку.

Ожоговые пациенты делятся на три группы: до 5 лет – кипяток. Либо сами сдёрнули скатерть с чашкой чая, либо нерадивые родители не доглядели. Как наша бабушка. Взяла и поставила кастрюлю с борщом на столешницу, не прикрученную к основанию. Столешница качнулась, кастрюля поехала и - ни за что, ни про что, прилетела на голову нашей девочки.
10-12 лет, мальчишки. Жгут бензин и кидают в него баллончики. Один мальчик тут лежит – смотреть на него невозможно. Фреди Крюгер. Глаза вывернуты, дёсна обнажены, кожа на лице, как рыбья чешуя. Я чуть в обморок не хлопнулась. Помчалась звонить Ирику. В красках ей всё рассказала, довела её до слёз. Она тут же помчалась настучать по голове своему двенадцатилетнему Вове. Интересно, поможет ли?
Ещё один герой на спор поджёг себе руку зажигалкой. Уже две операции по пересадке кожи. Месяц в больнице. Где у человека мозги?

А 15-16-летние катаются на электричках и получают ожог током. Целая компания тут таких.

Я познакомилась с чудесной Машей. В первые дни я всё наблюдала. На вид простая, неопределённого возраста. С косой, в пижаме. Лежит в платном боксе. С кем, непонятно. Ребёнка никогда не видно. Но весь персонал с ней обнимается. Только и несётся: «Ой, Маша! Здравствуй, Маша!» Она улыбается радостно. Вечером ко мне в дверь стучат. Вот интересно.Кто это? Ни сёстры, ни врачи никогда не стучат. (А, кстати, в Австрийских больницах стучат. Почему-то...) Заходит Маша. В руках тортик, печенье.
- Вот вам чаю попить.
-Ой, спасибо! Как много. Что же делать, я ведь на посту.
Маша, улыбаясь, исчезает, и появляется через секунду с горой сухофруктов и орехов. Маша всегда кого-нибудь угощает. Маша всегда в хорошем настроении. Маша работает в детском доме. Маша уже два года выхаживает 11-летнего сироту Никиту. Сама находит деньги через фонды. Никита с мальчишками на пляже жёг костёр. Кто-то добыл бензина… У Никиты за два года было 13 операций. Самая сложная: отделяли шею от плеча. Она пригорела, прижарилась. В день нашей выписки Никита первый раз встал. Таких худых детей я никогда не видела. Огромные глаза, ноги-спички и тоже – улыбка. Шея обычная: худая, мальчишеская. А Маша сказала, что всё было чёрное, морщинистое и комками. Врачи сделали чудо.
У Маши есть свои дети. Они живут с её родители где-то в нечерноземной глухомани. А Маша здесь в Сергиевом Посаде, воспитывает чужих.
- Не знаю, правильно ли я живу, - улыбаясь, вздыхает Маша.

Дже меняет меня на выходные. У меня спектакль. Единственный, который я играю последние два года. Зато любимый. У меня там просто гигантская роль. Мачеха в «Золушке». На спектакль приходит Катрин со своей трёхлетней Ирочкой. Ирочка – моя любимица. Она смотрит своими умными глазками – синими пуговками. Вся – белый крепкий грибок. Оочень послушная. Катя всё время говорит с ней тоном классной дамы - Ирочка должна соответствовать высоким требованиям любящих родителей. «Ира опусти ножки и сядь прямо. Ира, хочешь яблоко? Как по-английски будет яблоко? Ира, ну-ка покажи, как надо стоять в шестой позиции».
Ирочка, блестя глазками и круглыми щёчками, всё мгновенно исполняет. «У нас только один ребёнок, и у него будет только самое лучшее», - говорит мне Катя. Получается кривой смысл: у меня–то детей - куча. И они не получают всего самого лучшего. Я только улыбаюсь. Мы и вправду не очень тщеславные родители.
Катрин сажают в первый ряд. И она гогочет, как слон, все полтора часа. Катрин – очень добрый зритель. Не то что я. Я – змея. Не могу ничего с собой поделать. Если не вижу задора и глубины, мне становится скучно. Катя везде ищет удачные секундочки. И потом распушит и раздует их до небес.
- Какая прекрасная у тебя подруга! - сказали мои коллеги. Артисты очень любят шумно реагирующих зрителей. Это необыкновенно приятно. Потом это сто раз обсуждается в гримёрках.
«А вы слышали, как мужик тот ржал?»
«А помните, как симпатичный папаша все ладони отбил, едва из кресла не выпал, когда девицы танцевали?» (В прозрачных туниках).
Я раньше боялась смотреть в зал. Меня это сбивало. А теперь научилась. Спасибо Лене Ксенофонтовой. Она так запросто делилась со мной всем, что она умеет. Она показала мне, как краситься. У неё я научилась играть роль и при этом смотреть на себя, как бы со стороны. Быть над схваткой. Не все так умеют. Это даёт невероятный объём снаружи для зрителя и свободу внутри для самого артиста. Лена – редчайший пример женской и профессиональной щедрости. Обычно актрисы, особенно, популярные – гордячки и жадины. Если я когда-нибудь стану большой, известной актрисой, то буду как Лена.

- Оля! Боже! Какой замечательный спектакль! Это спектакль не про Золушку, а про Мачеху! Потрясающая роль. Отличный костюм! И мне понятна эта цирковая стилистика. Тебя много! Ты смешная. Классно танцуете. Хореограф у вас Пиворович, да? Тот же, что и в «Трамвае желание» в МХТе? Класс! Золушка у вас, конечно, невнятная. Нужна беленькая, тоненькая. Даже принц такой не вызывает вопросов. Ну, да, вот такой мямля и папенькин сынок. Но Золушка должна быть как огонёк. А эта – что-то там печально шепчет. Но зато ты – звезда! Я даже Косте, не удержалась, написала.

Я знаю, что надо делить на шестнадцать. Но всё равно приятно. А вдруг это, правда, - правда!
Нас выписывают! Аврелик уже вернулась в своё обычное боевое состояние. Аврелик – девочка факел, девочка-тигра.
- Аврелик, ещё будешь суп? – Она яростно мотает головой и рычит.
- А хлебушка? – кивает и хохочет во все зубы.

А тогда, в первые три дня, она лежала как мокрая тряпочка. Не двигалась и стонала. Глаза опухли и не открывались совсем. Отёк, чёрно-красная корка. Женя сутки носил её на руках и сутки молча плакал. Да и все мы плакали.
Теперь каждый день придирчиво смотрим, как меняется кожа на месте ожога. Пока граница видна. Но всё будет хорошо.

Замуж выдадим.
СсылкаОставить комментарий

Неоконченное письмо. [янв. 26, 2015|01:44 pm]
laura_shpulkina
11 декабря
В Москве красивая оттепель. Красивая на деревьях, а на дорогах – грязища!

Духи: LAura
Книга:Воспоминания Антонин Пирожковой
Музыка: Никакая музыка

Дорогая Марианна!
Мы опять потерялись. Но я о тебе думаю.
Далеко осталось наше болгарское лето. Да что там лето! Я уже сентябрь не помню. В сентябре много суеты. Надо пристроить детей в секции, свести вместе расписание музыкалки, тенниса, дзю-до, английского, Третьяковки и куда там ещё ходят мои дети…Привыкнуть жить в городе на пятом этаже без лифта и няней до 16.00. А тут уж и октябрь...
И Дже сделал мне подарок. Отправил меня в Турцию на месяц. Там были ураганы и шторма, потом снова солнце и жара. Гранаты, арбузы, помидоры и жареная баранина. Но главное – море и отсутствие домашних хлопот. Это мой сизифов труд. Купишь, притащишь, разберёшь, приготовишь. И тут же всё за 20 минут съедят. Потом моешь, моешь, трёшь, трёшь… А наутро то же самое.
И вот вернулись мы с морей и тут же начали болеть. Сначала малявки, а потом все по очереди. И в финале я слегла с гнойной ангиной. Выздоровела. Поехали в Ригу.
Знаешь ли ты, что мой муж играет в удивительно редкую игру, под названием Лакросс. Это придумали ещё канадские индейцы. В России это, конечно, экзотика. У нас в неё играет пара десятков человек. А вот в Латвии, например, 6 команд и настоящая спортивная федерация. Да и везде в северной Европе эту жёсткую игру любят. Снаряжение в ней похоже на регби: шлемы, сетки, защита. Мяч похож на теннисный, клюшки – на сачки. А в остальном, всё как всегда: ворота, две команды и голы. Женю привели в команду знакомые американцы. Он увлёкся и теперь бегает на тренировки и ездит на соревнования. Я страшно рада, что у него теперь есть мужской мир. Весь пар – туда!
Вот и в Ригу он собрался на игры. Мы решили, что поедем на машине, пробудем три дня в Риге, а потом рванём в Таллин к его дедам. С собой взяли старого мальчика Артёма и новую девочку Аврелию. Петя остался с моими родителями. С двумя малышами в машине на длинных переездах я бы повесилась. Моя мама обожает Петю. Он круглый, ушастый, очень дружелюбный, хорошо кушает и хорошо спит. А Аврелик – девочка с сюрпризом. Она иногда совершенно не ест. Очень громко вопит, кусается и не идёт на ручки.
Так было до недавнего времени. Но в ноябре всё изменилось. Петя превратился в Петрушителя. Он совсем не играет в игрушки, зато ковыряет розетки, отламывает ручки, лезет в ящики и всё оттуда вышвыривает. На большой скорости. На лице у него блуждает милейшая улыбка, а хитрый глаз косит.
А Аврелия, наоборот, из подозрительной Несмеяны превратилась в лучезарное существо. Она хохочет во все свои редкие зубарики, очаровательно морща нос. Стала болтушкой и повторяет всё подряд уморительно: «Скажи котлетка!» - «Котетка», «Скажи, колечко.» - «Коечко», «Скажи, горячо.» - «Ачо», «Скажи, яблоко» - «Яба!!!», - победно кричит она своим хриплым, несоразмерным с младенчеством, голосом. И научилась играть одна и даже листать книжки.
Родители не успели перестроиться и выбрали оставить себе Петю за прошлые заслуги. И, конечно, просчитались. Бандит Петенька разобрал их дом на колёсики. А Аврелик вела себя отлично. Спала днём по 3 с половиной часа, ела куриный бульон, кашу и даже
винегрет. Правда из-за такого обильного сна мы лишились прогулок по Риге. Вставали мы к 10. До 11 завтракали. Туда-сюда, Женя в 12 убегал на стадион. Тут Аврелик решала, что пора и вздремнуть. И, считай, всё светлое время дня она дрыхла. Мы с Артёмом читали «Карлсона» , решали примеры. Потом он тоже ложился – садиковская привычка. Тут уже я читала романы и тоже спала. И уже после трёх мы собирались-одевались и шли в японский ресторан за углом.
Мои старшие дети обожают суши. Это выяснилось совсем недавно. Когда я болела, Женя решил меня порадовать и принёс ролы. Артём и Василиса сунули нос: « Ага! Попробуем!» - и слопали всё. Я подъела жалкие три ролика и имбирь, который они отвергли с гадостными гримасами.
Артём небрежно заказывает себе «Филадельфию» и «Калифорнию», А Аврелику предлагается куриный суп. Я пью жасминовый чай, ем мёд из крошечной баночки и тоже, конечно, объедаюсь.
В огромном окне передо мной снежный старинный город. Я представляю себе иную жизнь. Будто бы я живу одна с детьми здесь, в маленьком городе, в старинной прохладной квартире с высокими потолками. Муж где-то далеко, чем-то занят. Я ни в чём не нуждаюсь. Дети почему-то никуда не ходят. Все всё время дома. И каждый день мы ходим обедать в рестораны. Смогла бы я так жить?
Один день мы после такого позднего обеда пошли пешком до спортивной арены, где Женя играл. Шли минут тридцать на ветер и холод. Замёрзли и устали. Артём всё время просился отдохнуть или идти помедленнее. А я мчалась с коляской, как ошпаренная, потому что Аврелия вопила. Ей не нравился ветер и темнота. Зато увидели, как играет папа. И как он подрался. Причём, по правилам. Обратно поехали на такси. Мне так нравится, что Дже задира. Я очень люблю его истории про то, как он натянул милиционеру фуражку на нос и его, конечно, загребли в каталажку. (Милиционер был прав, а Дже нет. Но всё равно смешно). Про то, как он дал в морду какому-то важному дядьке на важной машине за то, что тот нарочно подрезал его. Про то, как он защитил кассиршу в «Ашане» от пьяных подростков. Тоже в морду дал. Мне нравится, что он бесстрашный. Хотя сейчас, когда у нас куча младенцев, его страсть чуть что - давать в морду- поутихла.
Поужинать в красивый ресторан в дорогом отеле на соседней улочке мы так и не сходили. Аврелик к 9 уже тёрла ручонками глазки. Что ж, опять суши! Теперь с доставкой. В Риге я только ими и питалась.

В другой день мы не поехали на стадион, а отправились шастать по рождественским ярмаркам. Но мороз и булыжная мостовая, несовместимая с маленькими колёсиками коляски прогнали нас обратно в гостиницу. А номер у нас был крошечный, неудобный и очень аскетичный. Просто хостел какой-то. Женя бронировал. Я когда увидела наш номер, с трудом сдержала ….

Только из любви, короче, сдержалась.
Странно! Я испытываю к мужу очень нежное, восторженное чувство. Но когда его подолгу нет со мной, я привыкаю к одиночеству. У меня нет потребности в каждодневных разговорах. Я почти не пишу ему.Не скучаю. Но когда вновь его вижу, пламя разгорается. Я понимаю, что и скучаю и жду, и хочу его трогать. А он приезжает совершенно голодный и весёлый. И мы первые дни непрестанно хохочем. и дети удивляются. Дже вообще говорит, что я замуж за него пошла, только чтобы веселиться каждый день. И это правда. Больше всего на свете я люблю смеяться. И ещё танцевать.

Как там ваша жизнь в Испании?

Мне иногда так сильно хочется уехать из России.
Самое удручающее для меня на родине - это мусор и грязь.Я никогда и ни за что больше не поеду путешествовать по стране.
Когда мы С маленькой Василисой сплавлялись по уральским рекам, я испытала столько мучений! Каждый день в заповедных, райских кущах среди высоких берегов, нежных кувшинок и серебристых восходов я видела кучи, горы, просто свалки туристического мусора. Я ненавидела этих людей. Я не понимала, как все остальные могли спокойно ставить палатки рядом и выкидывать туда же консервные банки пластиковые бутылки, умножая зло. Свой мусор мы тащили за собой все 7 дней. И выкинули в последний день маршрута в городской контейнер. Там его, по крайней мере сожгут. Все наши спутники-туристы удивлялись и думали, наверное, что эти москвичи совсем свихнутые. Ты же сама туристка. Как ты с этим справляешься? Или так не везде? Хотя не верится. Даже самые лучшие люди - мои друзья, курят на балконе и бросают окурки вниз. Что уж говорить об остальных!
Я развела цветы в подъезде. Регулярно вычищаю окурки из горшков. А когда я окна в подъезде намываю, соседи смотрят так, как будто у меня рога выросли. Я тут всегда вспоминаю Вампиловскую Валентину. Ты, наверное, не знаешь. Это пьеса такая "Прошлым летом в Чулимске". Там героиня сделала оградку вокруг цветочков. А местные жители привыкли ходить напрямую и каждый день эту оградку ломают. А она каждый день, не ропща, её чинит.
Ах!
"Нельзя так серьёзно ко всему относится! Помни, жизнь - игра. и Бог тоже играет", - сказала мне одна умная гадалка, к которой я попала на прошлые святки.
В конце концов я делаю это, потому что мне нравится красота и чистота. И я по мере сил буду пространство вокруг переделывать под себя. А остальные - как хотят!
Но очень охота в Швейцарию! К чистым коровкам и прозрачным водам. Но что там будет делать мой муж и мои дети?
Интересно, получится ли у тебя воспитать детей русскими? Ты понимаешь, что я имею в виду. Русскими по мировоззрению и культуре в самом прекрасном смысле слова. Я всегда помню признание Дины Рубиной. Она с горечью констатировала, что её дети выросли нерусскими. Они стопроцентные израильтяне. Другие мультики смотрели. Они больше не одной крови. Утеряны полутона в общении. Когда ты начинаешь фразу, а заканчивать необязательно. Как я, например, рассказываю вечером историю и в конце говорю:"И теперь он жив, здоров и невредим." А шестилетка Артём добавляет:"мальчик Вася Бородин". И все мы хохочем. Таких штук множество набирается за день. Это создаёт общий воздух. А вот дети Дины Рубиной вряд ли читали "дядю Стёпу" Михалкова. А если и читали, то забыли, потому что в Израиле свои "дяди Стёпы", которые не вошли в детстве в кровь Дине Рубиной.
Хотя, может, я ошибаюсь. Моя подружка Натали из Берлина воспитывает своих девчонок русскими, не щадя себя. Пока ей это удаётся. Я с интересом и азартом слежу за её успехами. Пятилетняя Августа знает по-русски слово "подбородок", которое, по словам Натали, почти не известно большинству эмигрантских детей. А девятилетняя Агата читает по-русски большими буквами "В гостях у сказки". (Василиса в этом возрасте уже читала Питера Пена и Три мушкетёра. Правда, Дмитрий Быков в 9 лет уже одолел "Мастера и Маргариту" и приступил к "Анне Карениной".)

Надо бежать, прости. Мне надо в ЖЭК, который теперь ЕИРЦ и в Собес, который теперь РУЗСН. Оформляю пособия. Чтобы урвать у государства маленькую денежку, надо очень постараться. Например, в Москве теперь нигде нельзя припарковаться бесплатно. То есть можно, но только в Бирюлёво или Капотне. А в центре - нет. Многодетным семьям одну машину разрешили парковать бесплатно. Но каждый год ты должен собирать свои документики и подтверждать, что ты многодетный родитель. Интересно, они что, надеяться, что дети помрут и семья снова станет не многодетной?

В общем я , как мама четверых, получаю от государства ежемесячно около 7 000. Это сто евро по нынешнему прекрасному, очень низкому за последнее время курсу.
Всё-всё, пока! А то мне мама башку отвинтит. Она у нас следит за тем, чтобы я вовремя оформляла все пособия. И не дай Бог мы забудем зайти на молочную кухню. Тут уж начнётся бензопилка!
Ссылка1 комментарий|Оставить комментарий

Болею [дек. 12, 2014|12:48 am]
laura_shpulkina
21 ноября 2014 морозно и солнечно


духи: Laura by Laura Biagiotti
книга:Детективы про Шерлока Холмса последователей Конан Дойля
музыка: Алла Пугачёва. Её первый альбом

Болею

Я собиралась на операцию для красивого живота, а вместо этого лежу с гнойной ангиной. Знак это или не знак?
Маленьких монстров эвакуировали родители. У меня даже не было сил сопротивляться: сил нет, кости ломит, температура, антибиотики. Старые дети со мной. Василиса моет пол и варит нехитрый суп из чечевицы. Арто делает салат из авокадо, яиц и мини-помидорчиков. Я лежу, читаю и пытаюсь расслабить лоб. Чтобы научить лицо быть безмятежным.
*
Вернулась Зоммерка. Вот как незаметно прошли два года их лондонской жизни, и они снова с нами. Устроили вечеринку в своей чудесной квартирке с печёной картошкой и букетами петрушки в вазах для цветов. Собрались все их друзья. Сто лет! Я, конечно, давала интервью о своей жизни с кучей детей. Что ж, на данную секунду это - моё единственное достижение.

Зоммерка рассказывает байки про моих детей. Артём её любимый герой. Она была у нас в гостях и мы сели ужинать.

- Э!Э! Накладывайте себе поменьше. – тревожно кричит Арто Зоммерке, - А то мне не хватит!
- Мама, - говорит он теперь мне, - Ты мне суп не наливай. Я его не буду.
- Это почему это?
- Я на тебя обиделся.
- За что? – удивляюсь я.
- Забыл, - удручённо говорит мой сын. - А! Вспомнил! Ты котёнка нам не разрешаешь завести!!!
**
Представляешь, мам, как плохо поступил Олег Беликов! Когда я ещё любил Дашу..
- А сейчас ты уже её не любишь? – прерываю я .
-Нет, сейчас я люблю Машу… Хотя я вообще всех девочек люблю... Так вот, Олег Беликов, представляешь, взял и всем рассказал, что я её люблю!
- Ужас, - соглашаюсь я. – Только зачем ты Олегу Беликову рассказал о своей любви?
- Ну… Он спросил.
- В следующий раз никому ничего не рассказывай, кроме мамы и папы, конечно. Любовь – это только для сердца, не для ушей.
Задумался.
*
Привезли мультиварку. Ура! Мультиварка!- кричит Василиса.
О! Мультиварка! - делово повторяет Артём. - Варим мультик.
*
Звонок в дверь. Вламывается огромный пожарный в огромной каске: "Дыма нет?"
-Нет, рапортует, ничуть не удивившийся Артём. Дверь закрывается.
-Ой как стра-ашно! - говорю я.
- Что, мам, чуть ёжика пятого не родила?

**
Все дни пока я лежу на старом доме напротив перекладывают крышу. Рабочие носят стальные пластины и они пускают огромных солнечных зайцев прямо в нашу комнату.

Пока я не заболела, у нас каждый день были гости. То Ирик с Милой, то Филипп с Машей, то Санчик с маленькой Женечкой. Дже не рад. Он приходит, у нас шалман: вино-домино. Ни сесть, ни лечь, как охота. А мне так очень нравится. Я люблю кипучесть.
*
Больная иду на творческий вечер Кончаловского. Каждая женщина должна сводить на него своего мужа. Особенно, если муж объелся груш и погрузился на дно задора жизни. На сцене - хорошо, слегка небрежно одетый мужчина, с прекрасной речью, с очень живой реакцией, с юмором. От него восходит энергия ДЕЛА. Он такой притягательный, что в него можно влюбиться. И это думаю я. Я! Которая предпочитает молодых. А человеку на сцене в следующем году - 80.
Ведь каждый так может жить.
Вдохновляюще!
*
Арто научился читать простые слова.
*
Василиса очень любит обниматься и целоваться со мной.
*
Аврелик необыкновенно ко мне привязана. У неё прямо лампочка горит, когда она на меня смотрит. Глазки, зубастый ротик, кудряшки - всё трепещет и рвётся ко мне.
*
Петя получил новое прозвище – Петрушитель. Это не ребёнок, а Спасайся-кто-может, вернее спасай-что-можно! Всё самое опасное будто само прыгает ему в руки. Если перед ним будет тридцать бутылок с водой и одна с уксусом, он раскокает именно её. Поразительная везучесть на приключения.

*
Вера Григорьевна у нас только полдня. И это катастрофа для моей личной жизни. Одно дело в день – вот мой удел. Как правило это продуктовый магазин. Или йога.
Как бы мне исхитриться и заниматься каждый день гимнастикой. Комплекс всего–то 20 минут. Но самых важных волшебных упражнений. А я всё полы тру да котлеты жарю, будто это главнее. Чёртова привычка: сначала дело, потом всё остальное. Можно подумать, что чистота важнее моего здоровья. Я тут думала, что такое для меня «день, прожитый не зря». И выяснила, что это день, в котором я пишу и занимаюсь гимнастикой. Вот мясо моей жизни. А вовсе не котлеты, полы и даже дети с мужем. Удивительно!
СсылкаОставить комментарий

ЖЖ: Жара и очень себя Жалко [сент. 19, 2014|09:23 pm]
laura_shpulkina
21 мая 2014 года среда. Жара. Москва – 7 июня 2014 суббота. Дожди. Варна.

Духи: Escada/ Born in Paradise

Книга: Сага о Гарри Поттере. (Гарри Поттер и Орден феникса), Майя Кучерская «Современный патерик»

Музыка: сборник всякой нирванической музыки, записанной моим инструктором по йоге Леночкой в ответ на жалобу, что всё в моей жизни ужасно.


В Москве страшная жара. Каждый год она бывает, и каждый год мы мечтаем о кондиционере. Но теперь-то Дже ни за что не поставит. Мы ведь переезжаем через год или полтора. Таунхаус скоро будет наш. Как Берлин. Прости- прощай любимое Замоскворечье.

Яхтсмены нас разлюбили и не зовут в гости. В свой прекрасный домик в Новогорске. Точнее разлюбила сама Яхтсменка. В любви Андрюшаньчика я даже не сомневаюсь. А Яхтсменка на восьмом месяце, и хочет чтобы весь мир крутился вокруг нее. Особенно Андрю. Впрочем, она этого и небеременная хочет. А я мешаю. Оттягиваю его внимание. Все звоню и подробно инструктирую его по вопросам христианства….Мы их всё равно любим. Хотя, когда Андрюшанчик вдруг как-то мутно себя повёл, когда надо было готовиться на собеседование со священником, Дже решил, что больше к ним - не ногой. Дже вообще считает, что те, кто не в восторге от наших детей, кто не хочет расшибиться ради них до мокрого места, не достойны его внимания.

(На Украине - мрак и ужас! Как это возможно, что за такое малое время, повылезало столько упырей, и живым людям с ними не совладать!. Хотя всегда было известно, что разломать можно в один миг абсолютно все.)

Господи, какая жара! Мы торчим с утра до вечера в Музеоне. Это моя штаб-квартира. Сюда приходят мои подружки выпить со мной кофе, и приезжают курьеры. Привозят мне разные заказы. Я, в связи с предстоящими крестинами, нашла в сети кучу всякого красивого. Например, батистовые кружевные крестильные рубашки до пяточек, как на дореволюционных открытках.

Старые дети из своих учебных заведений идут не домой, а к нам - на лужайку под клёнами. Мы расстилаем роскошную толстую махровую разноцветную полосатую простыню (ни одно прилагательное нельзя выкинуть. Я и так, и эдак – никак. Пропадает впечатление). И наши образцовые новые дети, прикрытые лишь памперсами, играют на ней в свои замусоленные игрушки. Тут же спят по два раза. И я тоже сплю. Специально надеваю комбинезон тоненький. Хотя очень хочется юбочку – в ней прохладнее . Но нельзя. Неприлично спать в общественном месте в юбочке. Вдруг нога как-нибудь вызывающе подогнется. А Вера Григорьевна сторожит.

Моя жизнь схлопнулась. Я устала. Даже когда я не устала, я устала. Почему? У меня няня, мама, папа и оочень хороший муж. И моя подруга Белка приезжает гулять с моими цыплятами, а я лежу на массаже. Откуда у меня взялось каменное сердце? В физическом смысле. В груди у меня всё застывшее и тяжёлое. Конечно зима была свирепая. Все мои дети болели по-очереди и вместе, и снова по-очереди, начиная с 15 января и до Пасхи 20 апреля. Февраль, март, апрель – 3 месяца с короткими передышками я прожила в больницах. Я сильно волновалась, наверное. Вот и сжалось моё сердце. И вообще всё тело. Всё дело в этом. Наверное.

Я приехала к чудо-массажистке. Она руками читает по мышцам твою жизнь и судьбу. Про судьбу даже не спрашиваю. Мне тут на Святках уже предсказали круговорот мужчин - я очень развеселилась. А про теперешнее моё состояние она так и сказала: «Внутри – камни». Она куда не нажмёт – везде больно. «Разве бывают люди, которым не больно?», - удивляюсь я. - «Конечно!», - говорит.,- только они не в Москве живут.
Кстати, Яхтсменке вообще не больно. Мы ходили вместе на тайский массаж. Мне как залезут куда-нибудь под ключицу - я вою. А ей приятно. Но Яхтсменка - особенная женщина. «Я рождена для удовольствий и безделья», - кротко улыбаясь, говорит она.

В жизни всё либо наоборот, либо не вовремя. Как я мечтала о кабриолете! В кабриолете надо ездить молодой, длинноволосой. Чтобы косы по ветру, и все мужчины, а тем более женщины, замирали вслед. А в итоге кабриолет у меня будет, я уверена. Но когда? Естественно, когда я уже буду старой тёткой с розовой помадой, и круговой подтяжкой. Или вот ещё, пожалуйста! Моя знакомая актриса потолстела, постарела. Но у неё отбою нет от съёмок и спектаклей. Она воротит нос, хамит продюсерам, ломит гонорары и хлопает дверью кабинета худрука. Хоть бы что. Работы – завались! Но она несчастна. В гробу она видала славу и признание. Она хочет, чтобы её любил капризный мужчина, который её давно разлюбил, и родить ему ребёночка. И - нИшто! Как говорят в Болгарии.

Или опять мой случай. Я – патологическая чистюля. Мне противопоказаны дети. От них, особенно от этой новенькой парочки, дом всё время в таком состоянии, как будто только что закончилась вечеринка человек на двадцать. Я не могу остановиться: тру, мою, подбираю, подстирываю, расставляю. Я это делаю, как дышу - незаметно и постоянно. На семейном жаргоне это называется «пчелить». Абсолютно бесполезное и жалкое занятие, с точки зрения всех. Особенно Дже издевается: «Два ребёнка – мытьё полов два раза в день. Четыре ребёнка – восемь!»

За этот год мне говорили много разных слов.
В основном: «Боже, как ты справляешься!?» и «Надо же! Как ты прекрасно выглядишь!». Второе говорили во всех случаях: и когда я была опухшим мастодонтом после роддома, и когда я пришла на вечеринку после двух часов у гримёра. Но только Маргарита Сыроежкина расцеловав, сказала строгим голосом: «И не вздумай погрязнуть в быту!»

очень стараюсь. Я улыбаюсь почти всегда. У меня педикюр и иногда маникюр. Я одеваюсь красиво, даже если еду в Ашан. (И однажды мои усилия были вознаграждены. У магазина я встретила Ксю. Я была в шубке и на каблуках, а она в пуховике и кроссовках. А детей у неё в два раза меньше. Ха. Какое ликование..) Я принимаю гостей и готовлю мужу ужины. Встречаю его в платьице каком-нибудь хорошеньком… Единственная известная мне мама двойняшек давно уже готовит только себе и детям. А на мужа ей времени вообще не хватает. Это естественно: она оперирующий хирург. Мужу приносит в судочках еду его мама и оставляет в холодильнике. К судочкам прикрепляет записку: «Рыбные котлеты – 4 штуки. 88 рублей.» В конце месяца они с его мамой рассчитываются… Эта история потрясла моё воображение. Особенно анекдотично, что муж – еврей, а мама его, соответственно - еврейская мама.

Так вот, я читаю книжки. Даже если ложусь в два. По одной строчке, но читаю. Я хожу на йогу и беру уроки тенниса. Я пью кофе с подружками и иногда выхожу в театр. Недавно вот Фанни Ардан давала свой моно. (Фанни – прекрасна, спектакль – глупость. Зачем чудесная Фанни Ардан сидя, читает по бумажке какую-то безвольную историю любви. В которой ни страсти, ни фантазии, ни даже событий. Неужели ей больше нечего сказать? Моноспектакль – это же не просто вам под баян сплясать. Это послание в мир, итог, позиция, типа «не могу молчать» и тэ.дэ. Сама выбираешь материал, сама – музыку. Пригласи режиссёра хорошего, наконец. И не будет такой беспомощности. Студентка -третий курс, ей Богу. (Вот я злюка!))

И всё равно, каким-то незаметным образом быт меня настигает и съедает. Я это чувствую чувствами. То есть внешне будто бы я вся такая позитивная и успевающая, на каблуках. А на самом-то деле – ничего такого, потонула в быту. Короче, быт наступает, когда нету радости. А почему нету радости? Потому что я устала. Устала жить не для себя. А очень хочется чуть-чуть жить для себя, несмотря на все христианские и общечеловеческие ценности. Я намедни даже плакала в голос. Дже испугался. И сказал, что отпустит меня на 4 дня. Одну. В спа-отель куда-нибудь в леса. Только четыре дня не хватит…


Я тут вдруг поняла, что в последние три месяца у меня одно желание – быть здоровой, богатой и одинокой.
СсылкаОставить комментарий

navigation
[ viewing | most recent entries ]
[ go | earlier ]